Песнь о Нибелунгах

457 Конец копья калёный сквозь щит прошёл, звеня,

И грянул в прочный панцирь, исторгнув сноп огня.

Толчок поверг бы наземь воителей лихих,

Но спас от верной гибели плащ-невидимка их.

458 Кровь хлынула струёю из Зигфридова рта.

Отпрыгнул нидерландец и вырвал из щита

Застрявшее в навершье Брюнхильдино копьё,

Чтоб отплатить противнице оружием её.

459 Но жалость к королеве вдруг овладела им,

И он копьё направил вперёд концом тупым,

С такою силой древко в исландку он метнул,

Что издала её броня протяжный звонкий гул.

46 °Cтолбом взметнулись искры, сверкнула сталь, как жар,

И ощутила дева чудовищный удар.

На землю им Брюнхильду сын Зигмунда свалил:

У Гунтера для этого недоставало сил.

461 Вскричала королева, вскочив с земли сырой:

«Спасибо, Гунтер знатный, вам за удар лихой!»

Она ведь полагала, что с нею бьётся он.

Нет, ей другим, кто посильней, удар был нанесён.

462 Затем огромный камень, лежавший рядом с ней,

Взметнула богатырша над головой своей

И вдаль его швырнула, придя в великий гнев,

И прыгнула вослед ему, кольчугой зазвенев.

463 В двенадцати саженях упал он на песок,

Но королеву дальше уже унёс прыжок.

Тогда за камень Гунтер схватился для того,

Чтоб все подумали, что сам он и метнул его.

464 Был витязь нидерландский высок, силён и смел.

Он бросить камень дальше, чем девушка, сумел

И обогнал в полёте его одним прыжком,

Хотя и прыгал не один, а вместе с королём.

465 Когда же пал на землю тот камень необхватный,

То близ него, как прежде, стоял лишь Гунтер знатный.

Отважный нидерландец его вторично спас.

От гнева лик красавицы зардел в последний раз.

466 Решив, что перепрыгнул король почти весь круг,

Брюнхильда объявила толпе вельмож и слуг:

«Ко мне, мои вассалы, ко мне, моя родня!

Вы – подданные Гунтера с сегодняшнего дня».

467 С себя доспехи сняли и дева, и жених.

Пред Гунтером Бургундским, владыкой новым их,

Пришлось склонить колени исландским удальцам:

Все думали, что выиграл он состязанье сам.

468 Он поклонился деве, как витязю к лицу,

И протянула руку Брюнхильда удальцу,

Ему передавая свою страну и трон,

Чем даже Хаген доблестный был умиротворён.

469 Бургундов попросила Брюнхильда наконец

Пожаловать немедля с ней вместе во дворец.

Теперь приём радушный нашёл там каждый гость,

Что по душе и Данкварту, и Хагену пришлось.