Луна и шестипенсовик

 – Я рада, что вы не ушли.

Она села.

Я решительно не знал, что сказать. Мне казалось неловким заговорить о делах, меня не касавшихся. В то время я не знал еще присущей женщинам слабости обсуждать свои личные дела со всеми, кто пожелает их слушать. Миссис Стриклэнд, видимо, сделала над собой усилие.

– Об этом уже говорят? – спросила она.

Предположение, что я знаю о ее несчастье, снова смутило меня.

– Я только что приехал и видел одну Розу Уотерфорд.

Миссис Стриклэнд стиснула руки.

– Скажите мне, что она говорила.

Я колебался, но миссис Стриклэнд настаивала.

– Я хочу знать.

– Вы знаете, как люди болтливы. Вы знаете Розу Уотерфорд и знаете, что ей нельзя особенно верить. Она сказала, что ваш муж оставил вас.

– Это все?

Я не мог повторить прощальный намек. Розы Уотерфорд на девицу, на кафе. Я солгал.

– Она ничего не говорила о том, что он уехал… не один?

– Нет.

– Это все, что я хотела знать.

Я немного растерялся, но все же сообразил, что теперь мне можно уйти. Пожимая руку миссис Стриклэнд, я сказал, что буду рад, если смогу быть ей чем-нибудь полезен.

– Благодарю вас. Вряд ли кто-либо может помочь мне.

Слишком застенчивый, чтобы выразить ей свое сочувствие, я повернулся к полковнику. Он не подал мне руки, сказав:

– Я тоже иду. Если вы идете к Виктория-стрит, пойдемте вместе.

– Хорошо, – ответил я. – Пойдемте.

Глава IX

– Ужасное положение, сказал полковник, когда мы вышли на улицу.

Я понял, что он вышел со мной, чтобы еще раз поговорить о том, о чем уже говорил со свояченицей в течение нескольких часов.

– Понимаете, мы не знаем до сих пор, кто эта женщина, с которой он уехал, – прибавил он, – мы знаем только, что негодяй в Париже.

– Я думал, что они жили счастливо.

– Они жили счастливо. Только что перед вашим приходом Эми сказала, что в течение всей их семейной жизни не произошло ни одной ссоры. Вы знаете Эми. Вряд ли есть другая такая женщина в мире.

Эти откровенности ободряли меня.

– Вы хотите сказать, что она ничего не подозревала?

– Ничего. Он провел с ней и детьми август в Норфолке. Был такой же, как всегда. Мы с женой приезжали к ним на два-три дня. Я играл с ним в гольф. Он вернулся в город в сентябре, чтобы сменить своего компаньона, уезжавшего в отпуск. Эми осталась в Норфолке, потому что они взяли дачу на полтора месяца. Затем она написала ему, в какой день возвращается в Лондон.