Великий последний шанс (сборник)

Посмотрите на «старые народы» – среди них так много некрасивых и плохо сложенных!

ЭВОЛЮЦИЯ ГОСУДАРСТВА ОСЛАБЛЯЕТ ГЕНОФОНД НАЦИИ

И вот средний гражданин, генетически менее энергичный и агрессивный, чем создатели и подниматели его государства, разбавляется людьми пришлыми, которым важна только хорошая жизнь. А воспитывается он в том духе, что надо наживать добро и преуспевать. И не надо обижать других. И не надо лезть на рожон. А если он куда хочет сунуться по активности своей, государство его тормозит: «Не твое собачье дело.

Благородство, доблесть, справедливость, альтруизм – государством не поощряются! А поощряется законопослушание, конформизм, невмешательство ни во что. А плоды приносят: жадность, эгоизм, хитрость, равнодушие.

ЭВОЛЮЦИЯ ГОСУДАРСТВА В КОНЕЧНОМ ИТОГЕ ВСЕГДА ПРИВОДИТ К МОРАЛЬНОЙ ДЕГРАДАЦИИ НАРОДА

(Все это – следствия не какого-либо «пассионарного толчка» или последующей «утраты пассионарности», но логика и законы развития системы (в данном случае государственной) и неизбежного изменения соотношения «система – монады».

Государство все более отделяет свои интересы от интересов личности, оперируя понятиями: «Мы», «Страна», «Государство», «народ». Система становится и субъектом права, и объектом интересов.

Для чиновника первично благо государства. Через государство и люди блага получают, без государства – хана.

Грубо говоря, гражданин в государстве проходит примерно следующие стадии эволюции (не как психотип личности, а как носитель социопсихологической роли!):

а). Государство – это мы, вопросы решаем сообща по справедливости, а чужаков гоним, грабим, давим.

б). Наша власть – правильная, подчиняемся ей по уму – в этом необходимость и доблесть, мы патриоты, благо государства превыше всего, а варваров брать в рабы.

в). Власть крута, берет себе много, кряхтим, но государство превыше всего, все-таки оно справедливее и лучше других, мы должны подчиняться, все-таки живем не так плохо.

г). Власть дерьмо, погрязла в роскоши, творит беспредел, а мы тоже имеем право жить хорошо, и не фиг за эту власть умирать, мы хотим и можем жить получше, кое-где жизнь справедливее.