Дорога к себе. Начало пути

С легкой улыбкой осмотрела высокого друга (выше меня на целую голову), в который раз с радостью отметив, что ничего в его стиле не изменилось: темно-серая рубашка с коротким рукавом и воротником на белых пуговицах, мягкие широкие брюки с белыми лампасами, ну и, конечно же, черные кроссовки с красными полосами, которые он так называть никому не позволял. Боксерки[3 - Боксерки – это такая обувь для бокса, внешне напоминающая кроссовки, но с высоким голенищем для лучшей фиксации голени и с нескользящей подошвой.

Зачем он ходит в подобной обуви даже вне школы?.. Думаю, все дело в уверенности и привычке. В них он чувствует себя комфортнее и (лишь мое предположение) сильнее. Амакаши.] так боксерки, вид у них все равно кроссовок.

– Ты уснула? – удивился вдруг Пришвин, щелкнув у меня перед носом пальцами. – Домой, спрашиваю?

– Конечно, – на этот раз быстро ответила я. – Куда ж еще-то? – и насколько могла мило улыбнулась. Что-то не так… Со мной явно что-то не так… – Ты в ШОД?

– Ага, – кивнул он.

 – Пошли тогда, – парень приобнял меня за плечо и потащил прочь от школы.

Чувствуя себя неловко, потопала рядом, исподтишка поглядывая на друга. Неужто соскучился по мне? Довольный такой, светится весь… Точно!

– Ты же первое место занял на межшкольных, – вспомнила я с восторгом, решив, что именно поэтому у Сашки такое хорошее настроение. – Поздравляю!

– Да брось, – смущенно отвел он взгляд. – Получать награду за то, что кому-то в челюсть настучал – как-то странно, не находишь?

– Э… ну… разве что совсем немного, – согласилась я, поразмыслив над его словами, и замолчала.

Почему-то всегда, когда мы оставались с ним наедине, у меня в голове умирали все мысли, и тем для разговора не находилось. Нельзя же молчать всю дорогу!

– Я…

– Я…

Оба резко смолкли, а следом за этим рассмеялись, мгновенно сбрасывая все напряжейние, вот только рука чья-то с золотыми часами вдруг легла на плечо Пришвина, и меня придавив слегка. А веселье наше сменилось удивлением.

Хотя уже спустя секунду я прикусила себе губу, чтобы болью оборвать все слова, собирающиеся вырваться наружу.

– Куда летишь? – громко и чему-то радуясь, спросил Сашкин друг, осознанно меня проигнорировав. Ох уж этот котяра рыжий, терпеть его не могу. – Еле догнал.

– А че догонял тогда? – недовольно буркнула я, с каждой секундой бесясь все сильнее.

– Хох, как недружелюбно, – продолжая лыбиться, ответил Пашка, бросив на меня косой взгляд.