Корабельные новости

Этой весной сломала бедро. Фанни – в Саудовской Аравии. Замужем за сокольничим. Вынуждена закрывать лицо черной тряпкой. Идите сюда, девочки, обнимите покрепче свою тетю.

Но дети кинулись к Куойлу, вцепились в него, как выпавший из окна цепляется за карниз, как поток электрических частиц замыкает разрыв в цепи. От них пахло моющим средством «Сьерра фри» с ароматом календулы и мяты. Тетушка наблюдала за ними с необъяснимым видом. Возможно, он означал мечтательность.

Куойл, пребывая в тисках тревоги, видел сейчас перед собой стойкую пожилую женщину.

Свою единственную родственницу женского пола.

– Останься с нами, – сказал он. – Я не знаю, что делать.

Он ожидал, что тетушка отрицательно покачает головой и скажет – нет, ей нужно возвращаться, она может задержаться не дольше чем на минуту.

Но она кивнула.

– На несколько дней. Чтобы наладить ваш быт, – сказала она и потерла руки, словно официант только что поставил перед ней тарелку с деликатесом. – На все это можно посмотреть и с другой стороны, – добавила она.

 – У тебя появился шанс начать все сначала. На новом месте, среди новых людей, с новыми перспективами. С чистого листа. Понимаешь, ты можешь стать кем захочешь, если начнешь жизнь сначала. В некотором роде именно это делаю сейчас и я.

Она о чем-то задумалась, потом спросила:

– Хочешь познакомиться кое с кем? Уоррен сидит там, в машине, и грезит о былых подвигах.

Куойл представил себе дряхлого мужа тетушки, но Уоррен оказалась собакой с черными веками и обвисшей мордой.

Когда тетушка открыла заднюю дверцу, та зарычала.

– Не бойся, – успокоила его тетушка. – Уоррен больше никогда никого не покусает. Два года назад ей вырвали все зубы.

4. Потерпевший кораблекрушение

Потерпевший кораблекрушение – вынужденный покинуть корабль ввиду какого-то бедствия.

    Матросский словарь

Лицо у Куойла – цвета потускневшей жемчужины. Он вжимается в сиденье на пароме, направляющемся на Ньюфаундленд; под щекой у него сложенная ветровка с мокрым рукавом, который он искусал.

Запах морской влаги, краски и свежесваренного кофе. Никуда не деться от треска атмосферных помех в динамиках громкоговорителя и звуков стрельбы, доносящихся из киносалона. Пассажиры распевают: «Еще один доллар – и я вернусь домой», раскачиваясь из стороны в сторону с поднятыми бокалами виски.

Банни и Саншайн стоят на сиденьях напротив Куойла и через стеклянные двери глазеют на комнату игр.