Профессорская служка

Иначе я пойду тебя искать…

Правообладатель застонал протяжно и отчаянно, словно бы мраморный младенец стрелой пронзил его сердце:

– Ганс, объясни ты ей… и давайте уже разберемся с гостьей. Право слово, я опаздываю.

На причитания первостатейного любителя экзотов я не обратила внимания, всецело сконцентрировавшись на темной фигуре дворецкого. Маг огневик четвертого уровня – и слуга? Немыслимо! Огневики, они же гордые, отчаянные натуры, непримиримые борцы за свободу и власть.

– Все просто, – ответил Ганс, неожиданно одарив меня чарующей улыбкой, – не одна вы сбегаете из-под венца, дорогая.

– Уж лучше за пределы дома. И в сжатые сроки. Максимум минуты три, – настоятельно рекомендовал Лесски.

– А почему бы вам, профессор, не подняться наверх и…

– Ирэн, еще одно ее поползновение может стать фатальным для меня, мой резерв энергии высосан досуха!

– Однако процессом вы остались более чем довольны, – широко улыбнулся ему Ганс и тут же получил тычок под ребра:

– Молчи, иначе тебя пошлю!

Неожиданно совсем близко раздалось:

– Дейр! Я уже вышла на охоту…

И мужчины синхронно вжались в угол, не дыша и, кажется, зажмурившись.

– От меня не спрячешься, дорогой. И магию не сдерживай, не поможет!

– Настоящая… – протянула я тихо.

– Чаровница, – выдохнули мужчины, отлепившись от стены.

– Маньячка! – Они со мной не согласились. Видимо, леди и ее очарование пришлись им по вкусу, но не настолько, чтобы выйти из ниши. – Так вы отправляете меня одну?

– Не пугайтесь, женщинами она не питается, – снисходительно сообщил девятый, что-то стряхнув с рукава рубашки и оправив манжеты.

– Отрадно слышать… – заметила я, не скрывая скепсиса.

– А вы не слушайте и тут не стойте, – прорычал он, все больше раздражаясь.

– Хорошо. Но учтите, вы сами дали мне карт-бланш. – И я обернулась к дворецкому, приказав: – Подожгите на мне платье и все, что встретится по ходу моего движения. Только пусть горит, не сжигая… Думаю, как огневик четвертого уровня, вы сможете сдерживать пламя хотя бы минуты три.

– Зачем? – удивились мужчины.

– Чтобы была настоящая паника, а не фарс.