Некромант-самоучка, или Смертельная оказия

 – М-м-м, они совсем ничего не хотят…

– И воду, подслащенную дурман-травой, не пьют, – дополнил Герцог.

– Золото, связи, самки… – Гер перечислял все возможное. – Что еще может их завлечь?

Консул покачал головой.

– Сложно сказать, мы не знаем даже, как они выглядят, а сами твари не говорят. Но передают все увиденное.

– И услышанное. Возможно, ведут запись на кристаллы, – произнес Герцог и внимательно посмотрел на молчаливую некромантку. Девчонка не ела, листала меню, а смертник, в чьих жилах течет кровь кровопийц, отчетливо слышал, как поет ее голодный желудок.

– Сумерька, ты почему не ешь? – не удержался от вопроса сердобольный потомок вампиров.

– Не можешь до чего-нибудь дотянуться? – вклинился в разговор коротышка Барон, коему эта проблема была известна и понятна.

– Только скажи – я достану, – улыбнулся ей Кардинал, сидящий вообще в другом конце стола.

– Я думаю… – неопределенно ответила она.

– Над чем?

– Думаю, у кого же столь много силы, чтобы удерживать под контролем две сотни взрослых нетопырей и столь много денег, чтобы всех игроков в городке кормить млечным грибом. Вы видели? – Девчонка указала на строчки в меню. – Эта приправа есть даже в компоте.

– И что? – не понял Тугго.

– Ее за десятки километров чувствуют самки нетопыря.

– Сумерька, так это же мыши, летучие, – озвучил красноглазый то, что вертелось на языке у каждого из них.

– Я и не говорю о простых животных, я говорю о классе нежити, что произошла от теневых. – За столом стало тихо, сам Дао-дво ощутил наплыв холода. – Может, помните… – Глаза ее затуманились, и смертельная оказия почти восторженно прошептала: – По легенде из Старых Сказаний они потеряли голос, хвост и возможность проникать в сны, зато стали более материальны и приобрели крылья. Так вот, это – не шутка.

– Твою ж! – грянула команда вразнобой.

– Да.

– Поясни почему, – предложил Гер. И поганка, будто назло, замолчала. Сидит, уткнувшись в меню, ноздри раздувает и ни слова.

– Объясни, пожалуйста, – попросил пришедший на помощь Равэсс и осуждающе на многоликого посмотрел.

Дожили! Еще и этот будет попрекать. Таррах! Чтобы не сказать лишнее и не закрыть рот обиженной мелкоте раз и навсегда, Гер, отодвинув стакан в сторону, начал пить из бутылки.