Профессорская дружка

Маг согласно качнул головой и вновь одарил насмешливым взглядом, спрашивая: «Что еще расскажете?» И я не стала ходить вокруг да около, озвучив то, что в глубине души признавал каждый из находящихся здесь:

– И несомненно понимаете, что материал усвоится лучше на практике.

Тишина в аудитории из выжидающей стала настороженной и удивленной, словно бы студиозы не знали, что с преподавателем можно говорить прямо и выдвигать свои предложения по учебным вопросам. Думаю, маг это также заметил.

– Хотите размяться? – Теперь он смотрел не только на меня, но и на всю группу и отчего-то еще больше улыбался.

Странно, но они не вели себя как моя прошлая группа, не было ни энтузиазма во взглядах, ни румянца на щеках, ни довольных улыбок. Как окаменевшие застыли на своих стульях, не зная, куда спрятаться или к кому податься.

– Эй! – Я позволила себе явную глупость и весело спросила: – А где ваше рвение к экспериментам?

В настороженно молчащей массе студиозов послышалось едва уловимое шевеление, а затем и ехидный бас:

– Спроси у Норго.

Всевышний, словно бы этот самый Норго – проклятый, имя которого не должно произноситься вслух.

– Договорились, у него и спрошу, – обратилась я к обладателю баса. – А кто он?

– Староста. – Это ответила уже девушка с тонким диагональным шрамом через все лицо, она сидела справа от меня, так что волосы ее увечья не скрывали.

– Просто прекрасно, – улыбнулась я ей. – И он здесь есть?

– Нет… – ответили уже трое других студиозов.

– Тогда почему сидим?! Вставайте…

Молчание менее зыбкое, но все же тяжелое, и одногруппники между собою лишь переглядываются и не решаются встать.

Рассудив, что далее так продолжаться не должно, я продолжила агитацию за практическое занятие:

– Ясно же, что с ним вы себе эксперименты не позволяете. Так давайте хоть без него… пошалим.

Посмотрела на продолжающего улыбаться профессора и поняла, что партия, разыгранная мною, была верна. Он именно этого и добивался в отсутствие старосты.

– Студиозы, решайтесь скорее, пока преподаватель согласен.

И вот тут все обернулись в сторону здоровяка, сидящего пятью рядами ниже, обладателя баса и, вполне возможно, звания неформального лидера. И еще одна странность: лидера, который не желает брать ответственность на себя. Парень, почувствовав устремленные на него взгляды, еще сильнее сгорбился.