Саша

– В десять часов дети должны быть в постели, – донёсся ко мне голос матери.

– Ага, – подумал я радостно, – они вернутся очень поздно.

– Слушаю, барыня, – ответила Маша.

Стало тихо. Я ждал, выскользнув в беседку. Раздался важный отчётливый топот «Жёлтой», и Андрей, восседая на заднем сидении, показался у последнего окна и осадил.

– Пожалуйте, барыня, – почтительно проговорила Маша.

Лошадь забила копытами. Белка с лаем бросилась к воротам.

– Уехали! – крикнул я во весь голос, влетая к Коле, – уехали!

Я вскочил на кровать и дважды стал на голову, упираясь ногами о стену.

– Свободны, свободны! – всё кричал я, стоя на голове, и мне было смешно, что вижу комнату опрокинутой. – Маша, скорее чаю! – нам некогда.

– Маша, они уехали! – заорал Коля и, тщетно попытавшись, подобно мне, стать на голову, спрыгнул с кровати и понёсся по комнате.

Через несколько минут Маша внесла чай на подносе. Как далека она была теперь от меня. Целая неделя прошла с тех пор, как я просил у неё прощения, и добрые чувства, взволновавшие меня, давно уже успели затеряться среди будничной жизни, с её маленькими радостями и маленькими заботами.

Отсутствие Сергея в эти дни помогло забвению, и Машенька опять превратилась для меня в Машу, в горничную, в безответную рабыню; и, требуя от неё услуг, я теперь делал это зло, как бы наказывая её за минуты моей слабости… Безучастным взглядом посмотрел я на её покорную фигуру и вдруг нарочно толкнул её, чтобы вывалить поднос со стаканами из рук. И когда стаканы со звоном ударились о пол, а она вскрикнула от ожога, я с торжеством выбежал в столовую, напевая:

– Машка, дурка, обожглась!

– Ну, идём, – выговорил Коля, погнавшись за мной.

 – Они сейчас должны прийти.

– Машка, дурка, обожглась, – повторил я со смехом.

Маша вышла из нашей комнаты и, не показывая нам вида, что ей больно, с беспокойством спросила:

– Куда вы уходите, паничи? Ведь мамаша сердиться будут.

– Не твоё дело, Машка, – бросил Коля, выбегая в коридор.

– Не твоё дело! – крикнул я в свою очередь, наскоро допивая чай.

Она молча вышла, а я, ужасно оживлённый, побежал за Колей. Возле конюшни я нагнал его и мы вместе пошли к голубятне, где было назначено свидание с Сергеем и Настенькой.

– Их ещё нет, – произнёс Коля, глядя на луну.

– Сейчас придут, – уверенно ответил я и постучал зубами от волнения.

В комнате Странного Мальчика был свет. Знал ли он, что мы сейчас будем у него? Свеча с прыгавшим пламенем мерцала, как звезда.