Анна

Среди всех этих удовольствий время быстро неслось для Ани, и она очень удивилась и даже огорчилась, когда в один августовский день бабушка объяснила ей, что она прожила на свете уже целых десять лет, что большая часть ее детства прошла.

Глава III

Мы оставили Анну Федоровну за чтением письма, сильно огорчившего ее. Уже много лет привыкла старушка делить все горести и радости со своим неизменно-верным другом – Матреною. Так и теперь, несколько оправившись от поразившего ее удара, она, не выпуская из рук письма, нетвердыми шагами вышла из комнаты, перешла небольшие сени, разделявшие домик на две равные половины, и очутилась в просторной кухне, где Матрена что-то хлопотала около печи.

– Беда, Матренушка, над нами стряслась! – проговорила она упавшим голосом.

– Беда? Полноте, сударыня, Христос с вами! Анюточка здорова – какая там беда? – с некоторой досадой спросила Матрена.

– Здорова-то она, голубушка, здорова, – с тяжелым вздохом отвечала Анна Федоровна, – да недолго нам с тобой на нее радоваться.

– Что такое? Что вы говорите?! – испугалась Матрена, подходя к старушке, в изнеможении опустившейся на стул.

– То и говорю, что есть, – отвечала Анна Федоровна. – Мы с тобой нянчили, холили ребенка, думали, старые дуры, что и век с ним не расстанемся, что он наш: дуры и вышли.

Матрена посмотрела на свою барыню тревожными глазами, как бы сомневаясь в ее здравом уме.

– Да что это, сударыня, я вас просто и в толк не возьму! – сказала она.

 – Как же нам было не считать Анюточку своею, ведь мы же за ней чуть не с самого ее рождения ходили; ведь сами же вы говорили, что, не будь вас, она и месяца не прожила бы; да ведь и дочка-то она чья? Нашей же Сашечки!

– Она дочь Матвея Ильича Миртова, Матрена; мы с тобой это часто забывали, а он вспомнил; вон он благодарит меня за все, что я сделала для нее, а потом пишет: «…от одной из наших соседок, бывших здесь прошлой зимой, я слышал много рассказов об Анне. Мне очень приятно, что она вполне здорова, но она достигла теперь такого возраста, когда одного физического здоровья мало, когда должно позаботиться об умственном воспитании ребенка.

К сожалению, я не могу взять этого на себя, так как множество разнообразных дел заставляет меня беспрестанно переменять место жительства, но брат мой, живущий постоянно в Петербурге, соглашается принять Анну к себе, а жена его берется заменить ей мать и воспитывать ее наравне со своими детьми».