Полное собрание сочинений. Том 9–12. Война и мир

Le prince Murat et tout le tremblement…[271 - Принц Мюрат и все другое…] Вы видите, что ваша победа не очень-то радостна, и что вы не можете быть приняты как спаситель…

– Право, для меня всё равно, совершенно всё равно! – сказал князь Андрей, начиная понимать, что известие его о сражении под Кремсом действительно имело мало важности в виду таких событий, как занятие столицы Австрии. – Как же Вена взята? А мост и знаменитый t?te de pont,[272 - укрепление,] и князь Ауэрсперг? У нас были слухи, что князь Ауэрсперг защищает Вену, – сказал он.

– Князь Ауэрсперг стоит на этой, на нашей, стороне и защищает нас; я думаю, очень плохо защищает, но всё-таки защищает. А Вена на той стороне. Нет, мост еще не взят и, надеюсь, не будет взят, потому что он минирован, и его велено взорвать. В противном случае мы были бы давно в горах Богемии, и вы с вашею армией провели бы дурную четверть часа между двух огней.

– Но это всё-таки не значит, чтобы кампания была кончена, – сказал князь Андрей.

– А я думаю, что кончена.

И так думают большие колпаки здесь, но не смеют сказать этого. Будет то, что? я говорил в начале кампании, что не ваша echauffourеe de D?renstein,[273 - перестрелка под Дюренштейном,] вообще не порох решит дело, а те, кто его выдумали, – сказал Билибин, повторяя одно из своих mots,[274 - словечек,] распуская кожу на лбу и приостанавливаясь. – Вопрос только в том, что? скажет берлинское свидание императора Александра с прусским королем. Ежели Пруссия вступит в союз, on forcera la main ? l’Autriche,[275 - то Австрию принудят] и будет война. Ежели же нет, то дело только в том, чтоб условиться, где составлять первоначальные статьи нового Campo Formio.[276 - Кампо Формио.]

– Но что? за необычайная гениальность! – вдруг вскрикнул князь Андрей, сжимая свою маленькую руку и ударяя ею по столу. – И что? за счастие этому человеку!

– Buonaparte?[277 - Буонапарте?] – вопросительно сказал Билибин, морща лоб и этим давая чувствовать, что сейчас будет un mot.[278 - [словечко]] – Buonaparte? – сказал он, ударяя особенно на u.

Я думаю, однако, что теперь, когда он предписывает законы Австрии из Шенбрунна, il faut lui faire gr?ce de l’u.[279 - надо его избавить от u] Я решительно делаю нововведение и называю его Bonaparte tout court.[280 - просто Бонапарт.]

– Нет, без шуток, – сказал князь Андрей, – неужели вы думаете, что кампания кончена?

– Я вот что? думаю. Австрия осталась в дурах, а она к этому не привыкла. И она отплатит.