Рокот

Даже ее кудри, когда-то пышные и беспечные, теперь походили на приглаженные театральные волны.

Вот только, увидев их, Стас, и без того нервный, ощутил настоящую панику.

– Мари, – окликнул он девушку, вскакивая со скамьи. – Марьяна, – поправил он сам себя и поспешил вслед за ней.

Она услышала и, кажется, узнала его голос. Правда, не обернулась, а вздрогнула, съежилась и ускорила шаг, ускользая в арку между домами, – черт, она от него сбегала.

– Мари! – Эхо отскочило от стен бетонного свода и размножилось.

Девушка остановилась.

Ее силуэт в тени арки превратился в литой черный столб, словно заострился и ощетинился. А потом Марьяна внезапно развернулась и пошла прямо на Стаса. Неотвратимо ступая, как в кино надвигается вражеский танк. Стас готов был поспорить: под ее массивными черными кроссовками заискрило статическое электричество, подпитываемое ненавистью.

– Мари, привет… – Он смолк и попятился, уверенный, что столкновение их тел неизбежно.

Девушка продолжала наступать, вытесняя Стаса во двор, который они только что покинули. В ее глазах тлела ненависть.

– Не смей называть меня Мари, скотина, – процедила она. – Не смей являться сюда и разговаривать со мной. Если не хочешь проблем, проваливай.

Чего уж, прямолинейность и умение переходить сразу к сути всегда были неотъемлемой частью характера Марьяны Михайловой.

Девушка прибавила шагу, пока не оттеснила его к низкому металлическому забору, отделявшему детскую площадку от проезжей части двора.

– Послушай, Мари… Марьяна. Я без причины бы не стал тебя беспокоить.

Стас сжал прутья забора за спиной. Сжал так, что на руках чуть не полопались жилы. Он снова почувствовал себя беспомощным, как будто смотрел не в глаза одноклассницы, а на то дьявольское озеро, в которое его когда-то кинули.

Марьяна остановилась за пару метров от Стаса. Ее грозные кроссовки, казалось, зарычали и оскалились, как два добермана, рвущиеся с цепей.

– А ты не боишься, что я вызову полицию и сдам тебя к чертям собачьим? Тебе не жаль своей мелкой жизни, Станислав Викторович?

«Станислав Викторович».

Неужели она еще помнит его отчество? Этот маленький нюанс породил надежду: возможно, есть шанс, что Марьяна не разобьет ему голову каким-нибудь тяжелым тупым предметом. Если она помнит его отчество, значит, не забыла и все остальное. По крайней мере, то, что Стас совершал не одни лишь плохие поступки.