Экзорцист

СБ пригнулся и зажмурившись осторожненько прошел под повешенным. С грацией сомнамбулы плавно отойдя на несколько шагов, он не выдержал и открыв глаза обернулся. Не математический и не совсем физический, а какой-то метафизический маятник потихоньку затухал, жалостливо скривив голову и насмешливо показывая нашему герою распухший язык. СБ вновь заорал:

– Нееееет! – Потом, переведя дух, менее членораздельно, – аааааа!

Выразив, таким образом, свое негодование он удалился. Чрезвычайно быстро удалился… Пробежав по петляющим коридорам стайерскую дистанцию, он обессилено упал на пол, но сразу же вскочил, очертил факелом вокруг себя магический круг и сел наконец отдохнуть.

Не переставая, однако, повторять мини молитву:

– Отче наш, Отче наш…, – бормотал он, не заметив, что стал молиться не просто, а на мотив популярной песенки. Напрягшись, вспомнил еще одного библейского персонажа, – Отче наш, Отче наш! Святая Дева Мария! Отче наш, Отче наш! Святая Дева Мария!..

Скоро до него дошло, что к христианскому богу надо обращаться на латинском языке.

Гимназиев он не кончал, а проучился в нормальном техническом вузе – знания латыни ограничивались пословицами сомнительного содержания.

– Отче наш! – орал он, на всякий случай обновляя факелом магический круг. – Ин вино веритас! Святая Дева Мария! Сик транзит глория мунди! Грешен я! Хомо хомини люпус эст! Но я искуплю грехи, ибо верую! Вени, види, вици! Я субъективный идеалист, – бессовестно врал он дальше, – я клерикал и готовлюсь постричься в монахи, поступить и отличием окончить духовную семинарию! Поселюсь в пустыне отшельником и буду питаться кузнечиками… Конспектирую первоисточники (не из той оперы вспомнилось)! Отпущу бороду и стану носить рекордно тяжелые вериги! – СБ перевел дух и торжественно закончил, – дарвинизм – лженаука! Человекоподобная обезьяна была изготовлена из глины!

Таким образом укрепив стены своего убежища, он приподнял голову и затравленно оглянулся… Не стоило этого делать.

Прижавшись к невидимым стенам, как дети к витрине магазина игрушек, на него внимательно смотрела мерзопакостнейшая нечисть – глядела, манила кривыми худыми пальцами, противно хихикала, завывала и кривлялась…

СБ поседел.

Ну ему так показалось… Пришлось переходить к активным действиям – депотусторонизации.

Для затравки он щедро перекрестил присутствующих, перемежая судорожные движения маловразумительными проклятиями отдаленно-религиозного содержания. Исчадия отпрянули, но не исчезли.