Тайга: андроиды

Антону было больше ста лет, и он иногда позволял себе немного философии.

– Не помешал?

– Заходи, – маршал Титов и впрямь не спал. Он читал донесения на планшете. – Сейчас вызову Егора и сразу начнем. Выпьешь?

Лебедев подошел к бару у стены, открыл деревянную лакированную дверцу, достал бутылку и три стакана.

Титов поставил на стол транслятор. Из отверстия в крышке протянулся голубой луч, расширился, и перед ними возникла трехмерная карта России. Титов увеличил карту.

– Разрешите войти, товарищ маршал?

– Заходи, Егор.

– Это схема расположения опреснителей по всей стране, – догадался Лебедев.

– Совершенно верно, – ответил Титов. – Наши военные геологи прислали ее сегодня.

– И сколько пресной воды башни могут производить в месяц? – спросил Макаров.

Титов повел рукой, схема медленно завращалась, проецируясь до самого потолка.

– На сто пятьдесят миллионов человек. Больше никак, – ответил маршал.

– Но этого хватит только на граждан нашей страны.

– Я знаю, – прервал Макарова Титов. – Это максимальные мощности, которые мы можем себе позволить в ближайшие годы. Такое оборудование производили в странах, где сейчас затоплены и остановлены заводы. Новых опреснителей не будет, а свои мы сделать не можем – не хватит комплектующих.

– Что это значит для нас? – спросил Макаров, хотя уже догадывался, каким будет ответ.

Титов помолчал, повертел стакан в руке.

– Это значит, что парламенту придется отменить все договоренности, подписанные с Европой. Мы не примем беженцев.

– Партнеры этого так не оставят. Территория, подобная нашей, теперь дороже золота. Будет война, – ответил Макаров.

– А парламент ни за что не нарушит договор с Европой, хотя все протоколы были подписаны еще до критического ухудшения обстановки, – добавил Лебедев.

– Теперь ты знаешь, Егор, зачем я пригласил тебя сюда, – начал маршал. – Я объяснил парламенту, что, если в страну хлынут миллионы людей, у нас не хватит ни лекарств, ни продуктов, ни воды.

– Что нам теперь делать? – Егор прикрыл глаза ладонью. Он думал, но ничего путного не приходило ему в голову.

– Если парламент не в состоянии принять волевое решение, значит, его должен принять я, – ответил Титов.

– Но ты подчиняешься парламенту, – заметил Егор и посмотрел на Антона. Тот, невозмутимо пил свой виски.