Тайга: андроиды

Для них не осталось ничего, кроме умирающих деревьев, опавшей хвои, пустых нор и никому не нужных гнезд.

Камуфляж

По небу летели боевые дроны-стрекозы на шести винтах, под их брюхом висели направленные во все стороны дула компактных пулеметов.

– Зачем они здесь? – поинтересовался Сибиряк. Происходящее немного отвлекло его от горестных мыслей о тайге.

– Учения. – Носов указал вдаль. В километре от них за взлетным полем в небе чернели тысячи дронов. – У них своя зона, чтобы не мешали авиации.

– Программисты уже выехали.

– Зачем здесь программисты? – спросил Сибиряк.

– Они разрабатывают камуфляж для военной авиации. Хотят протестировать его сегодня, пока не приехал маршал и не надавал всем по шапке за то, что проект еще не готов, – усмехнулся Носов.

Смотровая площадка походила на огромный бетонный блин, огороженный стальными периллами.

Резко свернув с дороги, в сторону аэродрома прогромыхал автобус. Из его самодельной трубы валил белый дым, и ветер то возносил его к небу, то прибивал к земле. На боках старого драндулета были нарисованы черные ноутбуки с зелеными кнопками, а весь корпус был расписан желтыми и синими проводами. Под лобовым стеклом красовалась надпись «Режь красный!», но красных проводов на автобусе нарисовано не было. Сибиряк немного оживился.

– Нравится? Программеры нашли эту колымагу в одной деревне под Мирным, сделали из нее конфетку. А что там внутри, вы не представляете! – восхищенно поведал Носов. – Настоящая IT-станция с хай-тек примочками.

Программисты с ноутбуками в руках высыпали из автобуса. Они поднялись на площадку и заняли места за приготовленными для них столами.

– Я же говорил, прямо как ЦУП,– заметил Носов. – Центр Управления Полетами, – добавил он, заметив вопросительный взгляд Сибиряка.

Программисты с любопытством смотрели на Ай Пи.

– Летят, – один из программистов сказал это так громко, что Сибиряк вздрогнул. Он оглядел небо до самого горизонта – чисто, никого. Ни облачка, ни единой птицы.

– Самолеты – это здорово, но я предпочитаю мотоцикл, – заявила Леда. – Мы здесь уже пять месяцев, а я до сих пор не определилась, кем хочу служить, но точно знаю, что не в воздухе, а на земле.