Тайга: андроиды

Сотрудники лаборатории оторвались от своих компьютеров, встали по стойке смирно. Титов заметил распластанное на анатомическом столе тело подопытной обезьяны.

– Теперь этих мартышек нелегко достать, – он покачал головой.

– Нам нужны еще, – вздохнула Ингрид.

– Нужны, значит будут, – коротко ответил Титов.

Маршал шел размашистым шагом. Так же быстро, стараясь не отставать, в ногу с ним шла доктор Берг. В особенно узких коридорах они соприкасались плечами.

В дальней лаборатории стояли три железные кровати.

– Как я понимаю, этот следующий?

– Если сегодня с подопытным ничего не получится, то да – кивнула Ингрид.

Медсестра проверяла капельницу, что тянулась от мешка с голубой жидкостью к сгибу локтя человека, погруженного в глубокий медикаментозный сон.

– Очередной приговоренный к пожизненному, – констатировал маршал. – Убийство?

– Тройное: мужчина и беременная женщина, – подтвердила доктор Берг. – Пойдем, операция начнется с минуты на минуту.

Ингрид поправила прядь белых волос, выбившуюся из-за уха.

Они поспешили к двери в конце коридора. Доктор Берг приблизилась к сканеру, система аутентифицировала радужную оболочку и подкожный чип на ее запястье, и они с маршалом вышли в галерею, отделенную от операционной толстым стеклом. У стола уже собрались хирурги.

– Все готово к подсадке. Начнем, когда ты дашь отмашку, – Ингрид выжидающе смотрела на маршала.

– Давай, – приказал он.

Ингрид наклонилась к коммуникатору.

– Приступайте.

Люди в белых халатах заняли свои места. Лазерный луч резал черепную коробку пациента.

– Это что за методы? – нахмурился маршал. – Вмешательство должно быть минимальным! Когда на его месте будут наши военные, им вы тоже будете наносить такие травмы?

– Конечно нет, – возразила Ингрид. – Сейчас нам приходится вскрывать черепную коробку, чтобы увидеть процесс подсадки. Но для массовых операций мы разработали метод единичного прокола.

Через стекло маршал внимательно следил за ходом операции.

– Начинается подсадка. Обрати внимание на взаимодействие, – попросила Ингрид.

Титов подошел ближе к стеклу. Сердце билось так гулко, что он слышал отзвук его ударов у себя в голове.