Вакханки

Покинув пашни Лидии златой,

И Фригию, и Персии поля,

Сожженные полдневными лучами,

И стены Бактрии, и у мидя?н

Изведав холод зимний, я арабов

Счастливых посетил и обошел

Всю Азию, что по прибрежью моря

Соленого простерлась: в городах

Красиво высятся стенные башни,

И вместе грек там с варваром живет.

Всех закружил я в пляске вдохновенной

И в таинства их посвятил свои,

Чтоб быть мне явным божеством для смертных.

А потому из городов Эллады

Вас первыми я, Фивы, огласил

Восторга песнью, нарядил в небриды[4 - Небрида — одеяние из шкуры, которое носили вернувшиеся к природе вакханки.

И в руки дал плющом увитый тирс,

Что сестры матери – кто б мог подумать? —

Во мне Зевеса сына не признали

И утверждали, будто, согрешив

Со смертным, мать Завесу приписала

Свой женский грех; что ловко сочинил

Ту басню Кадм и что Зевес Семелу

Убил за дерзко выдуманный брак.

За это их я в бешенстве дома?

Заставил бросить: потеряв рассудок,

Они теперь ушли на Киферон

В вакхических одеждах, с жаждой оргий

В груди, и сколько в царстве Кадма есть

Народу женского, – всех с ними вместе

Заставил я покинуть очаги,

Теперь под сенью елей в исступленье

Бездомные блуждают по скалам.

Да, город, ты почувствуешь теперь,

Что значит таинств Бромия[5 - Бромий — культовое имя Диониса (добавлено переводчиком).] чуждаться.

И матери я память освящу,

Явившись людям тем могучим богом,

Который ею Зевсу был рожден.

Почет и власть царя здесь отдал Кадм

Пенфею, сыну дочери Агавы.

Он – богоборец, и ни разу мне

Не сделал возлиянья, и в молитвах

Упоминать не хочет. Пусть же царь

И прочие фиванцы убедятся,

Что точно бог я. А когда дела

Устрою здесь, – пойду в другие земли.

Но если с войском двинутся фиванцы,

Чтоб женщин с Киферона возвратить,

Я дам им бой, став во главе вакханок.

Так вот зачем, обличье изменив,

Из бога стал я с виду человеком.

А вы, со мной покинувшие Тмол,

Вы, Лидии питомицы, подруги

В пути и власти, – вы теперь, тимпан

Над головой фригийский поднимая,

Подарок Реи-матери и мой,

Столпитесь около дворца Пенфея:

Пусть громкие удары соберут

Сюда фиванцев.

Пойду теперь, к моим вакханкам новым,

И в хороводы легкие вплетусь.

Парод

Во время последних слов Диониса вступает на орхестру хор лидийских вакханок.

Хор

Земли Азии, где вы?

Тмол священный, ты покинут! Сладок труд мой.