Тысяча снов. Сборник рассказов

Жидкость переходила в тяжелое черное облако, заполняющее кабину снизу, погружая ботинки, затем ноги, затем поясницу во тьму, подготавливая его к погружению в легкое забвение, соизмеримое со сном. В нем течение времени замедляется, все ощущения невероятно реальны. Пятиминутный сеанс кажется годами….

После сеанса, в глубинных уголках памяти откладывается слепок всех пережитых ощущений, как нечто действительно произошедшее. Можно вернуться к ним в любой момент, уловив знакомый из этого ощущения запах, цвет или элемент интерьера, обстановки.

Черное облако подступало к груди, спокойное дыхание мужчины учащалось.

– Если не секрет…, как вы стали членом парламента? – Спросил старик, глядя в компьютер.

– Ну…. – Помедлил тот, смиряя простое любопытство старика. – Я научился извлекать выгоду из противостояния двух сил. Вы никогда не замечали, что войны не бывают короткими и не прибыльными. Особенно для тех, кто их спровоцировал….

Старик яростно посмотрел на него, затем, молча, опустил голову вниз.

– Победы и поражения – это неверный путь к приобретению избытка жизни. Самый верный путь – это котел! Когда тысячи людей кипят в нем, расходуя боеприпасы, лекарства и продукты, на которые есть спрос, потому что их нет. Люди готовы покупать все, чтобы выжить, за любые деньги. И это прекрасно, когда ты всем этим владеешь. Подготовившись заранее, можно сорвать неплохой куш с множеством нолей….

Он хихикнул, удовлетворенный своим остроумием, и черная облачность заполнила его вдох, погрузив мужчину в мир ощущений, которые струились из черной баночки, под управлением дрожащих рук старика. Кабина слегка поддергивалась, мужчина кряхтел и ворочался, крепко сжимая кулаки. Экран компьютера исчерчивался резкими пиками взрывов пульса….

Старик поднял свою голову, узкие морщинистые глаза плавали под пеленой чувственных потоков жидкой бесцветной грусти.

В ящике была замочная не смазанная скважина, не запирающаяся уже тридцать лет, не было надобности открывать ящик все эти тридцать лет. Рука легонько потянула за ручку, из тоненькой щели выпорхнула пыль былых времен, с запахом окисленного металла и не восстановленного времени.