Отравленные страстью

Яффа почувствовала, как напряглась крепкая мужская грудь под ее рукой, и ощутила тяжесть внизу живота. Закусив губу, она поерзала, прижимаясь к паху вампира, и сама едва не застонала от внезапного прилива желания.

– Что ты делаешь, женщина? – прорычал вампир. Глаза его опасно заблестели. – Хочешь, чтобы я взял тебя прямо здесь?

Он шагнул вперед, и положил ее обратно на каменный алтарь, широко разведя ноги. Крохотная повязка, что прикрывала грудь Яффы, сбилась, открывая грудь, и вампир замер, а потом дрожащей рукой накрыл упругий холмик, лаская нежную плоть.

О, Боги! Ощущение его шершавой, грубой и прохладной ладони заставило ее выгнуться от удовольствия. Почувствовав ее отклик, Кэймрон словно озверел – порывисто наклонился и припал губами к соску, втягивая вершину и посасывая ее.

С уст Яффы сорвался стон, глаза закатились от блаженства. Нет, она должна освободиться… Когда она захотела соблазнить его, подразумевалось, что голову потеряет он, а не она…

Вампир ласкал ее тело – его прохладные руки скользили от шеи до бедер, выписывая на теле круги и узоры, а язык терзал ее грудь, вынуждая выгибаться от изощренных ласк.

Повторно застонав, Яффа обхватила вампира за шею, подаваясь вперед. Ее соски потерлись о его грудь, вызывая болезненный прилив жара. Между ног стало влажно, и инстинктивно она обвила его бедрами ногами, желая, чтобы он заполнил пустоту внутри нее.

– Что ты делаешь со мной, женщина… – Кэймрон простонал в ее губы, не разрывая поцелуй, и его рука скользнула вниз, пробираясь между разведенных бедер. Поглаживая ее разгоряченную плоть, он лизнул ее шею, обдавая жарким дыханием. И опустился вниз, припадая к ее лону и очерчивая языком круг вокруг клитора.

– Да, прошу, – простонала Яффа. Боги, она и не представляла, как это будет прекрасно! С каждым движением его языка она словно устремлялась в небеса, испытывая райское блаженство.

– Кончи для меня, – прошептал вампир перед тем, как сжать ее клитор губами. – Невеста…

– Боги, да!

Изогнувшись так, что еще чуть-чуть – и ее позвоночник треснет, Яффа закричала во все легкие. Кажется, она сейчас потеряет сознание…

– Моя, – исступленно прорычал вампир. Его белоснежные клыки удлинились, и он резко прижал Яффу своим телом к алтарю.