Отравленные страстью

– Это было твое желание? Стой, ты сказал… Твой родной брат? Он тоже вампир? Вас обратили в одно время?

– В один день. И это не было нашим желанием. Мы с Дарком умирали. Грег нашел нас в грязной подворотне, и решил обратить. Я до сих пор не знаю, почему он принял такое решение.

– О, Кэймрон… Но почему вы с братом были при смерти? Что случилось?

– На нас напали, – поморщившись, произнес Кэймрон. – Горстка грабителей решила поживиться. Их было семеро.

Он умолчал о том, что это были не случайные грабители.

И их уже нет в живых. Почти всех.

Яффа прижала ладонь ко рту, широко раскрыв глаза. В них читалось сочувствие. Его маленькая невеста дважды отравила его и убила троих чокнутых фанатиков, а сейчас жалела его за инцидент трехсотлетней давности.

Кэймрон рассмеялся.

– Что смешного? – притворно обиделась Яффа. – Со мной что-то не так?

– Все так, – заверил он ее.

Она зарделась от смущения. Когда он так говорил, она была готова поверить, что действительна прекрасна. Но в то же время знала – многие волшебницы выглядят гораздо эффектнее, чем она. Например, та же Глафира, славящаяся любовью к провокационным нарядам.

Кэймрон притянул ее к себе, что поцеловать, и она тихо мурлыкнула, тая от нежности. Его прикосновения были точно воздух – легкими, но такими возбуждающими.

– Чего хочет моя невеста? – поинтересовался он, с трудом заставляя себя отстраниться.

Какова на вкус ее кровь? Клыки болезненно заныли. Ему нужно укусить ее. Совсем немного, всего лишь капелька…

Нет, нельзя. С усилием отпрянув, Кэймрон ласково провел по щеке Яффы. Какая нежная кожа, точно шелк. А глаза – как драгоценные аметисты. Боги определенно любят его, раз послали ему такую красивую невесту.

– Не знаю, – Яффа задумалась. – У меня есть два дня до посещения храма. Мы могли бы прогуляться…

Она с надеждой взглянула на него. За окном царила ночь, следовательно, Кэймрон беспрепятственно может выйти на улицу. Было бы прекрасно пройтись с ним по узким улочкам так, словно это обычная прогулка. У нее есть два дня, чтобы насладиться его обществом.

А потом ей нужно принести себя в жертву.

– У меня есть идея получше.