Рацидор-2. Живой огонь

«Хорошо, Сандр», – ответил метаморф и недовольно фыркнул, как настоящий фалдар. Потом подъехал ко мне и огорчённо добавил: – "Я просто думал, что мой бег создаст вокруг вас хоть какой-то ветерок. К сожалению, не получилось…"

«Конечно, не получилось, потому что ты бегал слишком медленно. И вообще, чтобы создать ветер, тебе нужно превратиться в огромную птицу и помахать над нами крыльями. Однако ты слишком тяжелый для этого, и не сможешь оторваться от земли. Так что забудь о помощи. Тут ты бессилен».

Я вытащил из седельной сумки полупустую флягу и сделал небольшой глоток тёплой воды, чтобы промочить пересохшее горло.

Неожиданно до меня донёсся предсмертный хрип какого-то фалдара. Я обернулся назад в тот момент, когда последнее в цепочке всадников животное вместе с наездником повалилось на песок.

Остановив движение отряда, мы с Рене подошли к упавшему всаднику, которым был ат Келфан. Я помог ему выбраться из-под тяжёлой туши фалдара. Зверь ещё не погиб, но судя по мутным зрачкам, – долго ему не прожить.

– Если так будет продолжаться и дальше, то до нетрунской погранзаставы нам придется добираться пешком, – задумчиво пробормотал Рене. – А это ещё минимум два дня пути.

– При такой жаре, скорее, ползком, – криво ухмыльнувшись, заметил Келфан и похлопал рукой по шее умирающего фалдара, с которым не расставался на протяжении всего путешествия.

– Да, недаром эту пустыню назвали территорией смерти, – сказал я, облизывая потрескавшиеся губы.

– Не знаю, – пожал плечами Рене. – Похоже, теперь нам всем придётся по очереди брести пешком. Пока один идет, остальные едут на фалдарах и набираются сил.

– Не думаю, что это хорошая идея, – громко сказал Канак. – Жара и жажда просто не позволят нам идти пешком. Мы начнём дохнуть так же, как наши фалдары.

Пусть лучше Лесонт отдаст своего Нукса Келфану, а сам оседлает Аора…

– Ты что, с ума сошел? – удивленно спросил я.

– А ты скажи ему, пусть он снаружи станет твердым, а внутри – жидким, или как там у него получится! – настаивал на своём Канак.

Я задумался, и тут же услышал мысленный голос метаморфа.

«Вандарсиец прав. Я могу сделать так, как он предлагает.

что же касается тяжести, то я способен выдержать вес в полтора раза больше собственного. К тому же, мне незнакомо чувство усталости.