Рацидор-2. Живой огонь

– Какая же от него польза? – поинтересовался Келфан, помешивая длинной ложкой варево в одном из котлов. – Только обуза для тебя, и лишний едок в отряде!..

– Во-первых, наша пища ему не нужна. Он питается теплом и светом Сауртана, – ответил я, пересказывая слова Аора. – Во-вторых, когда он вырастет и окрепнет, то сможет превратиться в любое существо по моему желанию. В-третьих, учитывая неуязвимость взрослого таэцзара, он сможет сражаться с нашими врагами и защищать карионского посланника Ларкуса не хуже, чем вы.

Я сделал многозначительную паузу и погладил неожиданно разболевшуюся рану. Теперь шов на рёбрах не просто ныл, а прямо-таки дёргал. Возможно, у меня снова началось воспаление, после сегодняшних передряг.

«Знаешь, Сандр-Лесонт, я могу избавить тебя и других раненных от боли", – сказал вдруг метаморф, услышав мои мысли, и языки его пламени засветились ярче. – Да, я могу исцелять и регенерировать живые ткани.

– А в-четвёртых, Аор, как и все таэцзары, умеет лечить раны! – радостно объявил я, ещё не до конца осознав смысл сказанного.

– Как это? – удивился Канак. – Не может быть!

Рене тоже недоверчиво посмотрел на меня и заинтересованно спросил:

– Ты в этом уверен, Лесонт? Он действительно может лечить?

– Он так сказал. Если хотите, я прямо сейчас проверю его способности на себе, – ответил я и обратился к Аору: – Не подведёшь?

«Постараюсь сделать всё возможное для твоего исцеления, – заверил меня таэцзар.

Не торопливо раздевшись до пояса, я снял перевязочный материал. Под бинтами на ребрах виднелся воспаленный медленно заживающий шов. Тонкие нити, которыми были сшиты края раны, врезались в кожу. Из пореза сочилась сукровица. Зрелище было не из приятных.

Приложив таэцзара на несколько минут к ране, как он меня об этом попросил, я замер в ожидании. Что метаморф при этом делал, никто из присутствующих не видел.

Занимаясь моим лечением, Аор менял свой цвет от ярко-жёлтого до богрово-красного, и обратно. Потом я ощутил приятный холодок в рёбрах, но и он вскоре прошёл. Когда же я убрал Аора, то сам не мог поверить в чудо. На месте длинного пореза не осталось даже рубца. Нитки тоже исчезли, будто рассосались.

"Ух, ты!..» – изумился я, ощупывая восстановленную кожу и мышцы, словно раны вообще не было.