Похожая на многих

Алекс приподнялся и опёрся одной рукой в стол, другую не отрывал от её плеча, не отводя взгляд от проясняющегося лица девушки. И накрыл крыльями. Они коснулись спины Тины и потянули боль. Плотные комья потери, никчёмности, пустоты и тоски неприятно щекочущим током побежали по отливающей синевой белизне невесомых перьев. Когда он впитал всё, то сел обратно на скамью, сделал широкий взмах, стряхивая с крыльев безобидные теперь эмоции, как птица капли воды.

– Ангел, – выдохнула Тина восхищённо и перевела глаза на довольного Алекса, когда крылья исчезли.

***

Его прикосновения проходили по коже током, а волосы оказались мягкими и постоянно путающимися. Мирра не успела понять, как разговор ни о чём перетёк в долгие и нежные поцелуи. Или так и должно быть? Она осторожно отстранилась, уперевшись ладонью в сильную грудь.

– Я не тороплю, – вполне серьёзно ответил Яр, внимательно вглядываясь в синие глаза девушки, отчего по коже пробежала очередная волна электричества.

– Хорошо.

Голос Мирры прозвучал неуверенно. Останавливала только близость Алексея. И настороженность из-за его недоверия Ярославу. Но, может, это просто братская ревность? Ведь он до сих пор не привёл ни одного довода в подтверждение подозрений.

Услышав звук со стороны двери, Мирра отодвинулась и машинально проверила, вся ли одежда на месте. Пригладив волосы, она встала. Ярослав подскочил первый и помог подняться.

– И что, теперь всю жизнь торчать здесь? – скептически спросил Алекс вместо приветствия, недовольно оглядывая их по очереди.

Мирра почувствовала, что краснеет, и потупила взгляд. Не выдало ли что-то их недавнее занятие?..

– Пока не улягутся страсти, – голос воина прозвучал холодно. – Есть другие предложения?

Алекс хмыкнул и направился к душу. И замер, едва коснувшись ручки. В дверь постучали. Трио переглянулось. Ярослав подхватил меч, лежавший на диване, и молча указал Мирре на ванну. Дождавшись, пока Луци скрылись в комнате, спрятал руку с мечом за дверью и приоткрыл её.

Ему пришлось опустить взгляд ниже. На пороге стоял плотный брюнет в солнцезащитных очках. Весь в чёрном и явно недружелюбный.

– Доброй ночи, – нараспев протянул он. – Будьте добры соли.

– Соли?

Яр вопросительно приподнял бровь. И дверь рванула на него с ослепляющей вспышкой. Зажмурившись, он почувствовал, как сдавило горло, а меч отлетел в сторону. Он попытался распахнуть крылья, но их пронзило острой болью.