Похожая на многих

 – Уж не хотите ли вы пустить в ряды ангельской расы обычных людей?

– Нет, – голос Владимира посуровел, а затем упал до шёпота, который предназначался только королеве. Вестник наклонился к ней: – Вы знаете, что я не об этом. Вы тоже были там. Вы видели то же, что и я.

Владимир выпрямился и прочистил горло. Он едва заметно глянул на Ярослава и снова обратился к королеве, но уже спокойным уверенным тоном:

– Если вы не можете укротить дочь, вариантов не остаётся. Что-то должно стать достаточным основанием для объединения.

– Не все согласятся. Предатели будут – попомните мои слова! – неожиданно пылко отозвалась Линда.

– Почему бы не задействовать рядовых представителей рас? Зачем обязательно мешать царские крови?

Ярослав задал вопрос раньше, чем успел оценить последствия. Одно он внутренне отметил как бесспорный плюс: голос прозвучал беспристрастно. Хотя как ещё он должен был прозвучать? Поражённое молчание и пустой взгляд Линды, воткнувшийся в него, говорили о неприемлемости озвученного.

– Зачем вмешивать вышестоящих, если обычные ангелы охотнее пойдут на объединение и всё случится естественным образом? – пояснил Ярослав, когда молчание затянулось. – К тому же, пары сложатся по взаимному желанию, а не принуждению.

– Так что вы скажете, королева Линда? Принцесса Мирра отправится с нами? Это определит дальнейшую судьбу, – полностью проигнорировав Ярослава, обратился Владимир к королеве.

Грудь женщины тяжело вздымалась. Лицо стало непроницаемым, губы сжались обескровленной полосой. На какое-то время взгляд стал отсутствующим, помутневшим, потом зажёгся светом мрачной решимости.

– Хорошо, – бесцветно произнесла она и встала. – Я всё улажу с принцессой. Она отправится с вами даже ценой её собственной жизни.

«И кто-то удивляется, что раса вымирает при таких правителях?» – зло подумал Ярослав, сохраняя безэмоциональный вид.

Глава 3.

– Мама, что ты задумала?

Алекс грозно навис над матерью. В её апартаменты он ворвался бесцеремонно. Линда замерла на стуле перед зеркалом с занесённой над головой рукой, удивлённо глядя на сына. Открыла рот, попыталась что-то сказать, но тут же закрыла, так и не подобрав слов, и продолжила вытаскивать из причёски шпильки.

– Что значит – ценой её жизни? – зашипел Алекс, ещё больше закипая из-за молчания.