Предназначение

Не замечая дороги, Ида споткнулась об торчащий из земли корень сосны и упала. Корзина выкатилась из рук, тяжёлый рюкзак завалил на бок.

– Ты чё под ноги не смотришь, девчуля? Думаешь, как утекать? – слово угадав её мысли, спросила Даша. – Не думай, не уйдёшь. Небось в тайге на медведя набредёшь, сожрёт сразу, а здеся ничё, Наташка кормит, правда злая бывает, стерва, ну и так ничё, лучше, чем по тайге пулькать. Там хорошо, где нас нет.

– Ты-то как сюда попала? – встала с трудом Ида, отряхивалась от налипшего мха.

– Как-как? Сама не знамо как. Ты фильм смотрела про руку с бриллиантами? Вот и я так: упала, очухалась, гипс. Я ж бомжиха бывшая. Ночью шаталась по городу, бухну?ла немного перед этим, с кем не бывает, кто-то по башке дал, очухалась уже здеся.

– Да они преступники, их в тюрьму надо, – возмутилась Ида.

– В тюрьму, не в тюрьму, никто их не засадит, у них и искать нас не будут. Ты поди-кась одна жила, и я одна, кто нас вспомнит?

– Чернышевский больше двадцати лет отбывал наказание только за политические убеждения, а этих за кражу людей никто не сажает, если бы не этот чёрный, я бы дома жила.

– Хоть чёрный, хоть не чёрный, ты с ума-то не сходи, по башке крепко поди-кась дали, каких-то зеков вспоминает.

– Я не про зеков, Даша, про порядочных людей.

– А чё он человек с большой буквы? Сымаю шляпу тогда, – шаркнула сапогом по траве та.

– Откуда ты столько фразеологизмов знаешь, Дарья?

– А это чё? – не поняла та. – У меня же ума палата, – засмеялась она, три раза постучав костяшками пальцев сначала по своей голове, а потом об ствол сосны.

Ида улыбнулась, замолчала и стала оглядывать местность. Вокруг была тёмная непроницаемая тайга. Ида раньше думала, что в тайге всё идеально: трава, цветы, птицы, но теперь она увидела всю неприятность таёжных зарослей. Ноги в резиновых сапогах наполовину погружались в мягкий противный мох или скользили по упругой хвое. Постоянно приходилось перешагивать через сломанные кусты и поваленные сухие деревья.

– Когда это только закончится? А ещё и назад идти, – в отчаянии морщилась от боли Ида.

– Гляди-кась, вона оно, болото! – указала вперёд Даша. – Завтра иль послезавтра к нему вернёмся, как масть пойдёт, а щас дальше, ещё километра три, не ной.

– Мы ещё и ночевать здесь будем? – ужаснулась Ида.