Как продать Г. Империя АТ

Продолжая целоваться, мы раздели друг друга, и я подхватил Мэри на руки. Затем бросил на мягкую кровать и с тихим страстным рычанием навалился сверху. В грудь упёрлись набухшие соски, острые, как горные пики.

– Ого!.. – воскликнула она, когда я ворвался в неё по самое «не балуйся»…

– Ага, – ответил я на выдохе, начиная возвратно-поступательные движения.

– Ааа!.. – в диком экстазе закричала девушка, когда фрикции достигли максимальной скорости и глубины погружения.

– Ооо… – прохрипел я, когда моя пушка сделала первый бронебойный выстрел.

Казалось бы на этом можно и расслабиться, но не тут-то было. Если счётчик моего либидо несколько минут назад показывал пару тысяч, то сейчас этот уровень уменьшился всего на пятьсот единиц. А жаркая ночь только начиналась…

В голову невольно приходили строчки давно забытых песен.

«Секс, секс без перерыва…», а ещё – «Я имел её сидя. Я имел её лёжа. И в открытом окне я имел её тоже!..»

Нет, у нас окно оставалось закрытым. Но пушистый ковёр, журнальный столик и душевая кабинка для такого дела были вполне подходящими.

Я успел выстрелить ещё три раза, когда мой «Кольт» дал осечку, и я без сил рухнул на кровать возле Мэри, находившейся от полученного оргазма в полной прострации.

Засыпая, я успел услышать тихий голос кота.

– Ты был в ударе, шеф. Я тобой горжусь!..

«Я был в угаре», – пробормотал в ответ и отключился.

Пробуждение было ранним, но очень приятным. За большим окном утро только начиналось, а у меня под боком тихо посапывала рыжеволосая красотка, едва прикрытая тонким одеялом.

Я прислушался к ощущениям. Либидо крепко спало, сил тоже почти не было. Зато мне снова хотелось есть и пить. Но будить из-за этого Мэри не стоило. На часах было всего шесть утра. Чёртова бессонница!..

В последние годы она меня часто доставала, и я думал, что это связано с кризисом среднего возраста.

Кота видно не было, и звать его я не стал. Вместо этого открыл компьютер. В спокойной обстановке можно было перечитать и отредактировать первые главы новой книги.

Глаз зацепился за главгера, и в мозгу невольно всплыли слова тролля и других критиков, говоривших, что некоторые из моих героев выглядят фанерными или картонными.