Фантасмагория, или Сказки третьего тысячелетия

И вся эта территория вместе с внешним двором была окружена невысокой оградой из декоративного кустарника.

Наконец, когда флитер совершил мягкую посадку, Макс и Вагр вышли из него и направились к главному входу особняка. На ступенях портика с шестью колоннами их уже встречала очаровательная темноволосая женщина в бордовом платье из бархата. На вид ей нельзя было дать больше тридцати пяти лет.

– Макс, дорогой, как я рада тебя видеть, – улыбаясь, сказала она, подходя к герцогу. – Ты не представляешь, как я по тебе соскучилась.

– Здравствуй, мама, я тоже по тебе очень соскучился, – ответил он, обнимая герцогиню. – Позволь представить моего друга Вагра, о котором я тебе уже рассказывал в видеописьмах.

Прандиец по примеру Сэма вежливо поклонился герцогине Палагор, и она осталась этим довольна.

– Что ж, прошу, – произнесла герцогиня, гостеприимным жестом приглашая дорогих гостей во дворец.

В вестибюле они решили вместо лифта воспользоваться обычной лестницей. Не спеша поднявшись на второй этаж в главную гостиную, они сели в мягкие кресла вокруг одного из столиков.

Со сдержанной улыбкой он поклонился вернувшемуся господину и прандийскому гостю. Хозяйка дома тут же попросила его принести две бутылки голубого вина «Каннэ» местного производства и несколько видов закусок.

Как только дворецкий вышел, демонстрация применения новейших технологий в ювелирном деле продолжилась: герцогиня Палагор повернула на браслете небольшой рубин, – и в гостиной зазвучала тихая приятная музыка.

– Надеюсь, Вагр, вы можете есть то же, что и мы? – поинтересовалась она и вопросительно посмотрела на инопланетного гостя. – Я слышала, что прандийцы очень разборчивы в еде.

– Да нет, мама, ты ошибаешься, – ответил за друга Макс. – Они совсем непривередливы, и даже, пожалуй, гораздо более всеядны, чем мы. Ведь у них двухкамерный желудок и очень концентрированный желудочный сок.

– Ты всё врёшь. Этого не было, – спокойно возразил прандиец. – На самом деле я просто нагнулся к земле, чтобы почувствовать аромат красивых полевых цветов, которые ещё сохранились на вашей прародине. Мне не хотелось срывать их, как это делают некоторые люди.

– Ты смотри, выкрутился, – одобрительно улыбнулся Макс.