Детские игры

Ким бросила на него взгляд, говоривший «спасибо, достаточно», но эксперт предпочел его не заметить.

– Никаких следов переломов или других повреждений, что само по себе удивительно…

– Почему удивительно? – спросила Ким. Она была готова выслушать любые, даже самые невероятные вещи, если они смогли бы объяснить, почему эта женщина с академическим образованием получила нож в сердце.

– Странно потому, что мне редко приходится встречать клиентов, особенно в этом возрасте, у которых не было бы хотя бы одного перелома или других серьезных повреждений.

Сам я сломал руку еще в детстве, когда неправильно держал в руках крикетную биту.

– А я сломал большой палец на ноге, неудачно ударив по мячу, когда мне было шесть лет, – подал голос Брайант.

– Вот именно, – с готовностью подхватил Китс. – Большой палец на руке я сломал, упав с дерева.

– А челюсть мне сломали на регбийном поле, – похвастался сержант.

– Перелом бедра после падения с крыши двухэтажного здания, когда я пыталась задержать убийцу, – внесла свою лепту инспектор.

Оба мужчины повернулись к ней.

– Что ж, вполне к месту, – согласился с ней Брайант.

– Именно об этом я и хотел сказать, инспектор. У всех нас троих есть какие-то переломы.

– А может быть, она никогда в жизни не играла в крикет, футбол или регби и не преследовала по крышам убийц? – предположила детектив.

– А я и не говорю, что это какая-то неопровержимая улика – просто удивительно… Итак, – продолжил Китс, – здоровье жертвы в отличном состоянии, и причиной смерти явился удар ножом в область грудной клетки.

Лезвие попало в самое сердце. Орудие убийства – хорошо заточенный нож с лезвием в семь-девять дюймов[15 - Где-то между 18 и 23 см.]. Удар был нанесен уверенно и решительно, без всяких колебаний и очень точно. Смерть наступила практически мгновенно.

Значит, целью убийцы не было причинение как можно больших страданий.

– А что по поводу колючей проволоки? – спросила Ким.

– Она была обмотана вокруг кистей всего за несколько мгновений до смерти. Это судя по крови из ран на кистях, – объяснил эксперт.

– Ну что ж, Китс, как и всегда, вы были…

– Ваше нетерпение сравнимо только с вашей грубостью, инспектор, – заметил патологоанатом, поворачиваясь к подносу. – Пора бы вам уже знать, что я люблю оставлять напоследок что-нибудь повкусней. Этакий завершающий аккорд, если хотите.