Статус: «Выжить!». Книга 2. Убежище

Она не ошиблась, Олеся могла видеть не только будущее, но и прошлое. Уна отложила ещё пару рисунков, на которых был изображён первобытный пейзаж с мамонтами и прочей живностью. Её заинтересовала одна объединяющая эти рисунки особенность. Все дикие пейзажи располагались на женских ладонях.

– Кто это? – спросила Уника, указывая на ладони.

«Мать», – жестом показала Олеся.

– Чья мать? – не поняла её Уника.

«Наша, общая», – показала жестами Олеся.

Уна не поняла значения её слов и решила не допытываться.

– Можно, я возьму эти рисунки и покажу их Ставру? – спросила она.

Олеся кивнула и убрала остальные рисунки обратно под матрас. Из-под него вдруг вылетел ещё один рисунок и упал под ноги Унике. На нём был изображён крепкий парень, обнажённый по пояс. На нём были лишь голубые джинсы, обрезанные и подвёрнутые ниже колен. На поясе висел большой охотничий нож, а в руке он сжимал большое копьё. Плечо и рука, сжимающая копьё, были разрисованы красивым крупным чёрным орнаментом. Светло-русые волосы падали пышной длинной чёлкой на его лоб, а виски были коротко стрижены.

– Это… Ким? – еле узнала Уна в серьёзном охотнике своего напарника.

Олеся выхватила рисунок у неё из рук и прижала его к своей груди. Она испуганно смотрела на Уну.

– Не бойся! Я никому не скажу! – заверила её Уника, – Он тебе нравится? Да?

Олеся покраснела и, оторвав рисунок от груди, с нежностью посмотрела на него. Уника подошла и обняла её за плечи.

– Не переживай, ты становишься такой красавицей, что он не сможет устоять.

Олеся с благодарностью обняла Унику. За последние несколько месяцев Олеся действительно очень сильно изменилась. Она выросла и округлилась в бёдрах. Её фигура стала гораздо женственней, а черты лица взрослее и интереснее. Её светло-русые с золотистым отливом кудряшки красиво обрамляли худенькое личико на тонкой шейке и ниспадали ниже плеч. У девушки были очень красивые выразительные светло-карие глаза, обрамлённые длинными золотистыми ресницами и узкими изогнутыми бровями.

Уника надела рацию и вызвала Ставра, но вместо ответа в наушнике была лишь тишина. Уна поняла, что он снял рацию, наверное, тоже пошёл в душ.

– Пока, – сказала она Олесе, взяла её рисунки и вышла из комнаты.

В коридоре второго этажа было полно народу.