Решение первокурсницы

– А разве это не спровоцирует кровотечение? – спросила я, вспоминая кусок железа, что торчал из тела Криса.

– Спровоцирует, – отрезала степнячка, одной рукой хватаясь за деревянный столбик, а другую сжала на рукояти.

– Но тогда…

Остров вздрогнул, прерывая меня, в его железном брюхе что-то заскрежетало.

– Кровотечение и так есть, пока мы его тащили, лезвие сдвинулось. – Цецилия замолчала. Я видела, как она напряжена, как собираются морщины на лбу, как она в волнении закусывает губу. – И если мы в ближайшем времени не свалимся в Запретный город, то его легкое спадется.

Это убьет его намного быстрее. Придержи плечи, – приказала она.

– Но… – снова начала я. – То, что вы делаете, тоже.

– Верно, но я выиграю несколько минут. Всего несколько минут… – Она кивнула, и когда я схватила магистра за плечи, резко выдернула клинок.

Ансельм Игри захрипел и выгнулся, скидывая мои руки. На губах снова запузырилась кровь, ботинки ударились о землю, оставляя вмятины, потом еще раз и еще.

– Молитесь, – прошептала степнячка.

 – Молитесь вашим богиням или демонам.

Гэли перестала стучать в дверь и оглянулась, герцогиня замерла на краю крыльца.

Остров продолжал дрожать и наклоняться. Медленно и неизбежно. Где-то вдали слышались крики и какой-то звон, словно разбивались стекла. Я почувствовала тошноту и схватилась за перила крыльца. Всего несколько секунд, и все будет кончено.

В который раз я смотрела на смерть? В который раз не могу ее разглядеть?

Неважно. Не могу и все.

Я знала, что нужно делать.

Но не знала, смогу ли повторить то непонятное, что удалось мне под обломками библиотечной башни, то, что удалось с Крисом. И все же не могла не попытаться срастить ткани. Направить в рану эти странные зерна изменений с вывернутым центром, которые способны изменять живую ткань. Применить запрещенную магию!

– Что ты делаешь? – спросила Гэли.

– То, что могу! – отрезала я, чувствуя, как зерна изменений скользят в рану, как пытаются соединить ткани, словно на обычном бурдюке с вином.

– Это же запрещенная магия!

– Она самая, – удовлетворенно ответила Дженнет и вдруг добавила: – Научишь меня?

– Нужно просто…

– Ничего не хочу слышать! – Гэли вдруг зажала уши руками. – Это рабский ошейник!

– Его бессмысленно надевать на труп, – парировала герцогиня.

И в этот момент Ансельм Игри выгнулся в последний раз и затих.

– Ох, нет. – Гэли облокотилась на дверь. Мои зерна изменений истаяли. Рана все еще оставалась на месте.