На неведомых тропинках. Шаг в темноту

Темная узкая прихожая, зеркало, в котором мечутся смутные тени, под ним полка со всякой всячиной: от расчески до мобильного телефона и книги в мягкой обложке – традиционный уголок с полками для обуви и антресолью для шапок. Скорее всего, осталась в наследство от родителей. Что ж, мне и того не досталось, не заслужила.

Парень включил свет. Если у меня и были сомнения, то от них не осталось и следа, достаточно было посмотреть в лицо старой подружке в то самое первое мгновение. Маринка стояла в коридоре и если кого и ожидала увидеть, то не внука в моем сопровождении.

Но она быстро взяла себя в руки, испуг и разочарование сгинули без следа. Будь я менее внимательна, засомневалась, не почудилось ли. У наших на стежке столько выражений и они так быстро их меняют, что быть наблюдательной не прихоть, а необходимость. А она пока человек. Надеюсь, им и останется. Но решать не мне.

Марина улыбнулась, она всегда умела делать хорошую мину при плохой игре. Я ответила тем же. Играть так играть.

– Молодец, Олег, – похвалила она внука.

Тут самое время добавить, что квартиру он честно заработал, но она промолчала, мы обе понимали, что не видать парню награды как своих ушей. Хорошо, что он не мой внук, но внутри что-то предательски дрогнуло.

– Иди к себе, – тепло сказало подружка, – как обед разогрею, позову. А мы пока поговорим.

Парень без единого слова скинул обувь ушел куда-то в глубь квартиры.

– Послушный, – не скрывая иронии, прокомментировала я.

Старая подружка поморщилась, развернулась и, ни слова не говоря, пошла по коридору.

Посчитав это приглашением, я потопала следом. Слышать правду всегда неприятно.

Кухня, как я и представляла, была очень маленькой. Стол, плита, раковина, холодильник – больше ничего не влезет при всем желании. Сесть негде, да мне и не предлагали.

– Ты поможешь? – спросила Маринка напрямую. Притворство отброшено, и никаких хождений вокруг да около. Мы одни, стесняться некого. Будь я на месте внука, давно бы уже уши грела.

Знаете, где-то в глубине души я понимала ее желание. Понимала как женщина. Не в полной мере разделяла, но могла представить, каково это день за днем следить за отражением в зеркале, видеть неизбежные перемены, морщины, отвисающую кожу, пигментные пятна, видеть, как седеют волосы. Подавляющее большинство предпочитает решать эти проблемы с помощью ботокса и краски. Да, я могла бы понять. Если бы не последние строки ее договора-письма.