На неведомых тропинках. Шаг в пустоту

– Брат умирает, а вы меня заперли. – Вадим снова сплюнул, слюна была зеленой. – Я должен был его увидеть. Кто ж знал, что тут уже один мертвяк имеется. Этот даже спрашивать ничего не стал, – он посмотрел на седовласого, – кинулся, как гарха.

Видящий напряг мышцы, в этот раз вышло лучше, по крайней мере, он смог качнуться и сжать пальцы в кулаки.

– Пройдись по следам, – приказал молодому помощнику Адаш, и тот послушно скрылся за дверями.

– Где Таисия Мирная? – спросила Мила.

– Не знаю, – парень шевельнул сначала одной ногой, потом второй, – я Тайку с утра не видел.

– Давай вернемся к сегодняшнему утру, – предложил лишающий удачи.

– Правила не запрещают ходить на свидания, – буркнул Вадим.

– Не запрещают, – согласился Адаш. – Куда водил девушку?

– Что?

– На свидание? Целоваться за полигоны? К большому дубу? В столовую на завтрак при свечах?

– Я… – Парень заозирался, но поддержки в окружающих не нашел.

Я достала телефон, шкала связи ожидаемо была на нуле, но посмотреть снимки мне это не мешало.

Замершее, покрытое тонким слоем наледи лицо, крупные черты: нос картошкой, мясистые губы, глаза навыкате, голова побрита налысо. Высокий, с едва наметившимся брюшком. По тому, в каком положении замерли мышцы, видно, как мало осталось в лишенном человеческого – одна оболочка. Но было в этой оболочке что-то знакомое, смутное ощущение, ничего определенного, может, он мне кого-то напомнил, а может, подсознание играло со мной злую шутку.

– Не на озеро? – спросила Мила. – И романтика, и девушка в купальнике?

На лице парня проступило нечто похожее на облегчение.

– Вы знаете, – Вадим оперся о стенку, – только не я ее, она меня водила. Я об этих соснах знать не знал.

– Во сколько ушли? Когда вернулись? – напрягся злыдень.

– Ушли в семь, вернулись в полдевятого – в девять. Давайте вы быстренько мораль прочтете и отпустите, нарушение устава и тому подобное, – попросил бледный подросток.

– Вернулись вместе или по одиночке? – продолжал спрашивать Адаш.

– Разными стежками прошли, Тая сказала, чтобы не спалили. – Видящий сжимал и разжимал кисти рук, прерывисто и влажно дышал его младший брат.

Явидь обошла всю палату. Веник делал вид, что его ничего не касается, устроившись на пустой кровати. Мужчина смотрел в стену, я даже обернулась, но ничего интересного на оной не обнаружила, мысли падальщика были далеко.

Я вернулась к фотографиям.