На неведомых тропинках. Шаг в пустоту

Предложение родилось спонтанно, подталкиваемое воспоминанием о мальчишке, которого я видела в бесплатной столовой. Как можно унизить мужчину, не важно, человек он или нет? Очень легко, усомнись в его способностях, в его возможностях или еще проще, заплати за него.

– Два года, – голос Веника был тих, и оттого смысл сказанного дошел до меня не сразу, – и я могу прервать беседу в любой момент.

То, что он говорил, было неправильным, но я кивнула, соглашаясь, момент для торга явно не подходящий.

– Марик, – позвал он чуть громче, отводя взгляд и скрывая бушующую в нем ярость.

Падальщик злился на меня за предложение, на себя за согласие. Но другого обвинять всегда проще и легче, чем заглядывать внутрь себя. Да и надо ли? Если есть девчонка, заработавшая свои деньги одним местом и, мало того, предложившая эти деньги ему, и он, принявший их. Так кто виноват? Ответ очевиден.

Из-за ближайшего дерева к нам вышел по-прежнему испуганный пацан. Ему не хотелось не то что говорить, а вообще приближаться к нам.

– Почему ты меня боишься? – Я склонилась к пацану, едва не охнув от боли в правой лопатке.

– Я вас не боюсь. – Парень упорно смотрел себе под ноги.

– Но… – Я даже растерялась.

– Не врет, – Пашка хмыкнула.

– А чего ты боишься? – не сдавалась я.

– Много чего, – буркнул парень, – колдовства, огня, демонов и… – Он замялся.

– Юродствует. Ему весело, – змея зарычала.

Но я и без нее видела задорные искорки в глазах цвета горячего шоколада.

– Это все, что вы хотели узнать? – Падальщик оскалился.

– Ты знал Варлаама Видящего? – предприняла еще попытку я.

– Видел, – мальчишка пожал плечами, – я не того полета птица, чтобы дружбу с демонами водить.

– А «лишенного разума»? – влезла Пашка.

– Ну… да, видел, вместе со всеми на поляне.

Мимо. Но что-то же должно быть. Не зря же он бегал, не зря переминался с ноги на ногу, не зря бросал на отца такие выразительные взгляды.

– Знаешь, кто его сюда привел? – спросила явидь.

– Нееет.

Даже я, слыша, как он растянул гласную, поняла, мы попали, что уж говорить о змее и гробокопателе.

– Мальчик, – голос Пашки стал вкрадчивым, – врать нехорошо.

– Я не вру! Клянусь, не знаю, кто провел этого голого человека.