Моя дочь – оторва

Нажав на три самых стертых кнопки, он слегка пнул дверь. Послышался короткий щелчок, и дверь открылась.

– Скоро везде домофоны поставят, и хрен куда зайдешь, – заметил Жорик.

– Можно дождаться, пока кто-нибудь выйдет, – пожал плечами Илья. – Или позвонить и попросить открыть.

– Или перестать свинячить в подъездах, – предложила Таня.

– Это уже следующий финансовый уровень, – ухмыльнувшись, сказал Илья.

– Еще возраст, – добавила Ксения. – В кафешке нам бухло точно не продадут.

– А вы пробовали? – поинтересовался Коля с иронией.

 – У вас-то денег почти не бывает.

– Ой, нашелся богач, – презрительно проговорила Ксения. – Яйца продал что ли?

– Достали, – сухо сказал Коля. – Самим не надоело про яйца твердить?

– А тебе пищать не надоело? – оскалившись, спросил Серый.

Кастрат мрачно посмотрел на старшеклассника.

– Таня, распаковывай стаканчики, – прервал их Илья, дырявя ключом картонный уголок.

Площадку между вторым и третьим этажом наполнил виноградно-спиртовой запах. Таня подняла руки со стаканами.

Илья налил в них вина, оставив до края сантиметр. Танька отдала их Ксюше и Сергею. Следующие – Коле и Васе. Последние – оставила себе и Илье.

Пили медленно, растягивая дурманящее, кисло-горькое удовольствие. Сергей допил самый первый и поставил стаканчик на подоконник. Вино согрело, и Ксюша слегка расстегнула куртку. В появившуюся брешь тут же нырнула рука Сергея. Коля посмотрел на старшеклассника с отвращением, но никто, кроме Жорика, этого не заметил.

– Терпимо, – сделав последний глоток, сказал Илья.

 – Допьем?

– А че ждать? Давай, – сказала Ксюша, и стряхнула оставшиеся капельки в рот.

Теперь каждый сам держал стакан. Илья прошелся по кругу раза три, чтобы у всех было поровну. Коробка опустела, и за ненадобностью полетела в угол площадки.

Кастрат поставил стакан на подоконник и полез в карман за сигаретами. Не рассчитав, а может вино уже дало знать, он задел локтем мягкий пластик. Коля с ужасом увидел, как стаканчик полетел вниз. Таня вскрикнула.

Подростки вжались в стены, чтобы не быть забрызганными вином. Площадка покрылась красной жидкостью, словно кому-то здесь пустили кровь.

– Ну ты и олень! – возмущенно сказал Сергей. – Если б ты разлил мой – я бы тебя отмудохал.

Коля стоял и смотрел на валяющийся на боку стаканчик, покрытый красными капельками. На его лице читалось почти младенческое горе, словно кто-то сломал его любимую игрушку.

– Зачем же? – удивился Илья. – Я бы просто его вино забрал.