В кошачьей шкуре

Она присела и, обняв колени, тихо заплакала.

4. Полицейский участок

Поздним вечером город опустился в тишину. В комендантский час все население скрылось за дверьми своих одноэтажных домов, лишь в полицейском участке, в одном из окон, одиноко горит свет. Дела о детских смертях не продвигаются ни на шаг. Соловьев и Петрушин не покидают свой кабинет уже длительное время, в попытках предотвратить нападения неизвестного убийцы.

– Нет никакого смысла просматривать камеры задолго до убийства, – нервно произнес Соловьев и встал из-за стола.

 – Уже четвертый час мы безрезультатно смотрим на проходящих мимо людей, – старший следователь склонял голову в разные стороны, разминая спину.

– Разве вы не понимаете, что преступник мог пробраться в помещение куда раньше, чем произошло преступление, – Петрушин ударил указательным пальцем по краю стола. – Мы должны быть более внимательными.

Игорь Дмитриевич Соловьев повысил голос:

– От того, что мы просматриваем записи в третий раз, у нас не получится заглянуть в голову убийцы.

Так и будем продолжать смотреть, как Семен Солижанцев забегает на место преступления и больше не появляется в зоне видимости камер.

Петрушин резко выдохнул и склонил голову от утомленности, будто устал объяснять коллеге очевидные вещи раз за разом:

– Мы бы посмотрели записи один раз, если бы вы не отвлекались на каждую мелочь за пределами монитора.

– Это вы намекаете на то, что я слишком часто пью кофе, или хожу справлять нужду в отведенное для этого место? – иронии в словах старшего следователя было предостаточно, чтобы разжечь скандал между офицерами.

– С вами бесполезно разговаривать, если вам безразлична судьба детей, то я продолжу работать над этим самостоятельно, – оскорблённо промолвил капитан.

Соловьев фыркнул:

– Я не вижу смысла просматривать записи в очередной раз, содержимое от этого все равно не изменится. Длительный просмотр камер не спасет детей от преступника.

Мы и в первый раз обозначили, что, кроме Солижанцева, не было ни входящих, ни выходящих людей.

Петрушин выдохнул:

– Никто не сомневается в вашей правоте, но мы не можем оставить тот факт, что мальчика жестоко убили, усыпив его при этом мощным снотворным. Обычная кошка не могла совершить убийство, хоть и настолько бесчеловечное.

– И каковы ваши предположения? – Соловьев снова присел на кресло и уставился на капитана, сложив руки в замок.