Принцесса Восточного леса

– Где ты так долго шатался, кретин? – резкое обращение заставило вынырнуть из моего полудрема, в который я погрузилась незаметно для себя.

Я не сразу поняла, что это явно обращение не ко мне, а к кому-то, кто стоял прямо у меня над головой на мосту. Затаилась, чтобы не привлекать к себе внимание. Почему-то именно сейчас инстинкты кричали притвориться камнем.

– Ты же не думаешь, что информация дается так легко? Люди не хотят болтать лишний раз, как будто боятся гнева тех, кого не существует.

– Отвечаешь головой. Кто бы это не был, но это ты пропустил эту заразу у себя под носом, тебе и исправлять. Нельзя расстраивать господина.

– Я разберусь с этой заразой, можешь не сомневаться.

После этих слов они разошлись в разные стороны. Я сидела и, казалось, даже забыла как дышать. Происходило что-то странное, а в 20 милях отсюда, находилась наша деревня.

Шаги стихли, и я решила, что самое время вернуться в комнату. Ещё не хватало, чтобы дядя отправил на мои поиски людей. Тихонько встала, посмотрела, чтобы меня никто не видел из ушедших, и пошла к гостинице. Встретила Тара на лестнице, сказала, что поужинаю в комнате и сразу спать. Очень устала. Он вроде поверил, но как-то без особой охоты. Мне было все равно. Ужин ждал меня ещё тёплый, разделась, перекусила и легла.

По ощущениям, ночь должна была пройти в абсолютной бессоннице, но я провалилась в сон. Вокруг меня закручивалась воронка с водой. Было шумно и страшно. Но я дышала полной грудью и не боялась захлебнуться. Чувствовала, что вода мне не враг. Что она мне помогает спастись. Но от чего? Я так и не успела понять. Меня резко вытолкнуло в реальность, хотя я ещё пару минут отчётливо чувствовала призрачные брызги на моем теле. Посмотрела на себя – ничего. Сухо.

Умылась, оделась и спустилась вниз.

Дядя и Тар сидели и пили утренний чай, поглощая завтрак. Села рядом и посмотрела на них.

– Ты свежа и загадочна, дорогая Лия. Впрочем, как всегда. Неужели передумала бунтовать по поводу скорого замужества? – слова дяди были наполнены любовью и небольшим беспокойством за мою судьбу.