Ветер перемен

 – А мой отец, что – согласился?

– А что ему остаётся? Сотни тысяч подданных – и счастье двух человек, – сама не ожидая, я вдруг начала защищать Верховного. – Пока у него нет новых данных, бездарность воспринимается хуже чумы. От той хотя бы заклинания есть… Как ты себя чувствуешь?

– Лучше, – Лэй признательно кивнул. – Интересный способ справиться с откатом.

– Справился ты сам, а расчёсыванием я тебя отвлекала. И в порядок заодно привела. Идём завтракать, растущий организм, меня потом работа ждёт.

– А мне с тобой можно? – поставил меня в тупик вопросом Лэй.

– У Золина спроси, – нашлась я.

***

Смотритель был не против добровольного помощника. Наоборот, просиял и воодушевился. После завтрака он вихрем протащил нас по всему Хранилищу, причём я-то за ним поспевала, а опять наевшийся до отвала Лэй только отдувался. Золин показал нам и коробки со скопившимися свитками, и помещения, куда их следовало расставить, объяснил систему ярлыков, даже с каталогом мы разобрались.

У меня мелькнула мысль, что сын Верховного напросился в помощь лишь ради того, чтобы не идти домой, и от работы будет отлынивать или совсем устранится. Пусть в Скандье любой труд почётен, а в Хранилища и вовсе попадают только достойные, зарекомендовавшие себя маги, получившие пропуск от Старших, возня со свитками – это совсем не то, чего ждёшь от вспыльчивого огневика. Но парень удивил меня ещё раз, совершенно спокойно просматривая записи, сверяя их с каталогом и расставляя по местам, причём в его длинных и чутких пальцах светящиеся сгустки вели себя куда послушнее, чем в моих девичьих.

Моя договорённость с Золином касалась дообеденного времени, оставшуюся часть дня я планировала посвящать собственным интересам. В разобранных коробках обнаружились записи, заинтересовавшие меня.

Отложив их в сторонку, я повернулась к юноше.

– Обедать идёшь?

– Голодный, как все Демоны мира, – немедленно отозвался Лэй. – Надо поскорее перевести Золину собственные сбережения, иначе скромный бюджет Хранилища на ближайший год меня не прокормит.

Я аж оступилась.

– Ты шутишь? Хочешь остаться здесь?

Лэй усмехнулся, но не зло, скорее, с тоской.

– Абсолютно серьёзен.