Котастрофа в Дэйноре

– Неизвестно, – протестую я. – Кто их знает, этих некромантов.

Живое воображение тут же рисует картину: труп на полке в морозильнике – между охлаждённым окороком и брикетами масла. «Дорогая, я тут решил взять подработку на вечерок, ты не против?» Жуть!

– Дели, и что теперь? Избегать расследования, потому что тебя сочтут охотницей за присланным из столицы магом? Может, он окажется счастливо женатым, или старичком – ровесником господина Бежу, или таким страшным, что без слёз не взглянешь!

– Для мужчины внешность не главное, – поучительно произносит Делия.

 – Он в первую очередь должен быть порядочным и надёжным. И старый – тоже понятие относительное. Мои родители поженились, когда отцу исполнилось восемьдесят два года.

– Угу, – раздражаюсь я. – Моему было семьдесят четыре, и мама на год старше. В результате мы с тобой сначала гуляли с родителями по пути к аптекарям и целителям и после уже одни – в похоронную контору. Да, маги в сто пятьдесят выглядят на тридцать, но и они стареют: кто раньше, кто – позже.

Бежу лет двести – двести пятьдесят, он седой и морщинистый. Хочешь такого мужа?

– Лучше так, – мрачнеет Делия, – чем помереть старой девой в одиночестве.

– Я не одна, – заявляю с достоинством. – У меня есть кот.

– Помрёшь старой девой с котом, – соглашается подруга. – А я – в обнимку с розовым кустом. Сяду, как Лавия, в восемь утра…

– Она умерла без пяти восемь, – поправляю я Делию. – Маги устанавливают время с точностью до секунды.

Бежу сказал, что Сумеш скончалась в семь пятьдесят пять.

– Нет, – возражает Делия. – Я вышла из дома без пяти восемь и хорошо помню, что в окне никого не было. Лавия всегда занимала свой пост ровно в восемь, хоть часы сверяй. Она сначала забирала из портала свои газеты – «Столичного вестника» и «Новости Хэйзара» – и уже тогда усаживалась с ними у окошка.

Холодок зарождается у меня в животе и мурашками разбегается по телу.

– Дели, а ты это Бежу говорила? Или Вейзаху?

– Они не спрашивали, – поджимает губы Делия.

 – Вейзах дом опечатал и сразу ушёл, а Бежу лишь попросил подписать заявление.

– Одевайся! – велю я. – Сейчас ты утрёшь нос госпоже Лозье!

Меня захлёстывает предвкушение. Свидетельство Делии доказывает, что Бежу-то, оказывается, прав! Не могла же Сумеш сначала вознестись на Небеса, а потом уговорить Всевышнего отпустить её на минуточку, дабы умереть в любимом кресле, не изменив своим привычкам.