Чёрные сердца

Превратить их уверенность в излишнюю самоуверенность, тем самым усыпив их бдительность».

«Умница», – голос Риманаты затихал в сознании. «Отринь роль жертвы, но откажись и от роли хищника. И даже охотник – не твоя роль. Отбрось эти стереотипы мышления и выйди за рамки».

Услышать этот родной голос было приятно, хоть она и понимала, что это всего лишь игры её собственного сознания. Но в такие моменты это не играло для неё никакой роли, потому что образ отца жил внутри её разума, даже несмотря на то, что реальный Риманата давно уже исследовал какие-то другие, никому не изведанные миры.

Она верила, что он был жив.. где-то там. Что смерть – это вовсе не конец, тем более для такого, как её отец.

А ещё она вдруг вспомнила ту ванну с ароматом лайма. То состояние тепла и родственности душ. Состояние спокойствия, которое не испытывала нигде и никогда с тех пор, как оказалась в этом городе.

Пространство вокруг неё заискрилось и рассыпалось, словно треснувший лёд. Успев сгруппироваться, она сумела сохранить равновесие, когда волна вышвырнула её из открывшегося портала.

Эклипсо чуть было не сбила с ног ничего не понимающую демонессу, державшую в одной руке зажжённую лампадку, а в другой едва только собранную колоду карт.

Суккуб прижалась к хозяйке комнаты всем телом, измазывая её кровью. Она гладила своими окровавленными ладонями её крылатую спину, тёрлась своим лицом о её шею и щёки, словно ища успокоения и защиты.

А затем тихо прошептала ей на ухо:

– Прости. Прости меня.

Резко развернув сплетённые тела, она оттолкнула демонессу в сторону портала, вдогонку со всей силы всадив ей копытом в живот.

Лицо владычицы карт исказилось гримасой, а глаза, в которых удивление ещё не успело смениться на гнев, расширились от боли.

К тому времени из портала начали появляться оскаленные морды. Ещё ничего не успев увидеть перед собой, они уже учуяли кровь хозяина, смешанную с запахами боли и страха. Демонесса даже не успела ничего толком понять, когда одни челюсти врезались в основание её крыла, разворачивая на месте, а другие с лязгом сомкнулись на открывшейся шее.

Выпавшая из ослабевших пальцев лампадка устремилась к полу, а карты неспешно разлетались по комнате.

Огонь вспыхнул удивительно легко. Раззадоренный запахом крови и горючими смесями масел, он захватывал всё новые и новые территории, стремительно расползаясь по поверхностям.

Демонесса хрипела и вертелась на месте, тщетно пытаясь сбросить с себя непрошенных гостей.