Меч Тристана

Скрестим же наши мечи!

– Скрестим, безумец!

Наверное, он и вправду был безумцем. Удары сыпались градом, да какие удары! Тристан успевал подставлять меч, но, во-первых, с каждым разом жесткость возводимых блоков падала, все-таки мышцы не железные, а во-вторых, каким-то шестым чувством ощутил он слабину своего клинка: искры сыпались на мокрые камни, звон становился все глуше, и наконец в один далеко не прекрасный момент он отчетливо услышал металлический треск, не скрежет, как полагается, а именно треск. Оказалось ли ирландское колдовство сильнее корнуолльского, думать было некогда.

Ясно одно: законы физики действовали и в этом мире вполне исправно, и тело с большей скоростью движения имело больше шансов сохранить свою внутреннюю структуру. Это в равной мере касалось как мечей, так и их собственных кровью наполненных кожаных мешков с костями.

Зловещий треск окончательно выбил Тристана из колеи, он стал пропускать удары. Уже не по шлему из вороненой стали и не по панцирю, а по незащищенным участкам тела: предплечье… голень… плечо… поясница… бедро… Бедро! Вот с бедром было хуже всего.

Острие клинка вонзилось особенно глубоко, боль показалась особенно жгучей, и уродина Моральт захохотал как-то особенно злобно:

– Тебе конец, Тристан! Меч мой смазан был специальною мазью, и раны от него не заживают. Я предупреждал тебя, безумец!

«Предупреждал?! Спасибо. Вот только умирать-то мне нельзя, никак нельзя…»

Тристан, конечно, не оставался в долгу: по рукам Моральта тоже струилась кровь, да и левую ногу он приволакивал, и все же силы гиганта были явно превосходящими.

Теперь у молодого и легкого рыцаря остался только один шанс: совершить то, чего противник не ждет, к чему он не готов ни при каком раскладе. Только бы еще хватило здоровья на такой трюк.

Тристан в очередной раз увернулся, отступил, примерился и, вложив все оставшиеся силы в этот удар, выбил ногой меч из руки Моральта. Хруст раздался знатный – очевидно, он сломал врагу кисть. Исполин взревел от боли, и в тот момент, когда Тристан, не хуже ирландца обученный благородству, уже отбрасывал в сторону свой клинок, обиженный громила, очевидно, посчитавший, что правила ведения боя нарушены теперь раз и навсегда (а может, он просто хотел жить?) – в общем, Моральт неожиданно подхватил оружие здоровой левой рукой и замахнулся.

Но Тристан еще раз удивил опытного врага. Увернувшись от резкого выпада, он отскочил и сбросил с себя сначала шлем, а затем и нагрудный панцирь.