Катализ

После чего лифт бесшумно тронулся.

И вот тогда девушка, стоявшая в углу, закрыла глаза и стала медленно оседать на пол. Это было так неожиданно, что ни один из четверых даже не успел еще ничего сказать, когда лифт внезапно остановился, двери открылись, и вошли двое парней в джинсах и коротеньких курточках, точь-в-точь таких, какие носили сто пятнадцать лет назад. Парни перекрестились, потом очень грубо подняли девушку под мышки, с непонятной тщательностью изучили ее часы и, совершенно не обращая внимания на стоящих в лифте пришельцев, шагнули в дверной проем.

Цанев первым вышел из оцепенения и, еще не придумав, что сказать, просто схватил одного из парней за рукав. Тот обернулся и произнес несколько слов на незнакомом языке.

– Что с ней? – спросил Цанев по-русски.

– Глупый вопрос, – по-русски ответил парень. – Она мертва.

– Вы что, врач?! – обозлился Цанев. – Может быть, ей просто стало плохо.

Парень выразительно постучал себя пальцем по голове, причем было ясно, что за сто пятнадцать лет смысл этого жеста изменился не слишком, а его спутник повернулся и, равнодушно двигая челюстями (он что-то жевал), коротко и непонятно выругался.

После чего оба вышли на этаж и, не оглядываясь, поволокли недвижное тело по коридору. Двери лифта сомкнулись.

– Двенадцатый, – повторил Черный.

Кнопок в кабине не было, и он уже понял, что лифт воспринимает голос.

– Напьюсь, – сказал Любомир и в бессильной ярости сжал кулаки на лямках рюкзака.

– Все напьемся, – мрачно откликнулся Черный.

 – Только сначала я хочу избавиться от этой винтовки. Вы себе не представляете, как мне хотелось выстрелить! И не потому, что я собирался убить его. А просто, чтобы меня и мою винтовку, наконец, заметили, просто, чтобы расшевелить это болото!

– Ну, убил бы ты одного, – спокойно сказал Станский, – а второй поднял бы его и, не сказав ни слова, выволок бы из лифта два трупа.

– Сумасшедший дом, – сквозь зубы процедил Черный.

– Что-то вроде, – серьезно согласился Станский. – Думается, Норд – не совсем обычный город.

Дежурного на этаже не было. Не было и столика для дежурного. А у двери с номером 1233 они сразу поняли, как обращаться с ключами: вместо замочных скважин здесь были прорези для жетонов, как в метро. С противоположной стороны двери жетон падал в специальный карман.

– Подумаешь, «двадцать первый век»! – проворчал Цанев.

– Стиль «ретро» – предложил Женька.

– Именно, – подтвердил Станский. – Про что я и говорю, мужики.