Бесконечный Лес

Насколько помню, с Неназываемым говорить не запрещено. А даже если бы и запрещалось, никто бы об этом всё равно не узнал. Разве нет?

Тишина.

– Хм.. Ладно. Раз не хочешь разговаривать, тогда я пошёл, – Зук сделал движение в сторону выхода из пещеры. Стремительно развернувшись, дикий кот с шипением уставился на него, готовый в любой момент броситься в атаку.

Зук остановился и оценивающе посмотрел на стража, прикидывая в уме свои шансы. Просто ради интереса, так как всё ещё надеялся, что всё это какая-то ошибка и всё скоро разрешится, поэтому сбегать из-под стражи не имело смысла.

– Дай мне хоть малейший повод, – услышал Зук тихий, злобный голос стража. – Давай. Хоть небольшой.

Зук внимательней посмотрел на него. Нет, определённо у него не было с ним никаких дел раньше. Так отчего же тогда такая агрессия в его сторону?

– Майло! – тихий голос Старейшего прогрохотал в пещере, отбиваясь от её стен и исчезая в воздухе эхом.

– Оставь нас, дитя, – мягко проговорил он, обращаясь к обрётшему наконец имя, стражу.

Почтительно склонив голову, Майло покинул свой пост.

«Дитя», – отметил про себя Зук, – «То мы тебе братья и сёстры, то мы тебе дети. Ты уже и сам запутался в своих мантрах».

Однако всё быстро встало на свои места, когда из-за его спины показалась упитанная фигура колдуна стаи. Зук даже не попытался сдержать ухмылку.

– Перед лицом Богов, перед очищением от скверны, окутавшей твоё естество, дозволяем тебе облегчить свою чёрную участь, Неназываемый! – почти что торжественно пропел колдун.

Зук смотрел на него, не скрывая презрения и раздражения. Всё, что он хотел бы прояснить для себя, все вопросы, всё это желание исчезло в один миг. Вся эта лицемерная игра на публику была ему настолько отвратительна, что не хотелось даже открывать свою пасть.

Старейший как будто почувствовал это:

– Зук, ты хоть понимаешь, что натворил? Зачем?

Глаза колдуна округлились и чуть не вылезли из орбит при упоминании имени Неназываемого, но нужно отдать ему должное, он всё же сдержал себя в руках.

– Может хоть ты уже прояснишь всё это наконец? – устало ответил Зук.

– Ты всегда был самонадеянным членом стаи, Зук. Всегда был сам по себе, даже будучи в кругу своих сородичей. Но сегодня ночью ты перешёл черту, перешёл ту грань, которую непростительно переступать даже сходящему с ума эгоисту.

– О, так вот кто я на самом деле для всех вас.