Бесконечный Лес

Отдавая своё собственное самоощущение в их полную власть.

Он огляделся по сторонам. Единственное, за что можно было зацепиться его возбуждённому сознанию, это статуя Охотника. Поэтому он решил направиться к ней, краем глаза вдруг уловив какое-то движение в озере.

* * *

Под водой они не могли разговаривать друг с другом. Вместо этого они обменивались мыслями с помощью своих тел. С помощью своих клыков и когтей. С помощью своих глаз.

«Пожалуй бессмысленно что-то пытаться тебе объяснить, правда?», – Зук задумчиво запустил свои когти под кожу Майло.

«Да, ты прав. Твои оправдания мне ни к чему», – сверкнул глазами Майло.

Сцепившиеся, извивающиеся тела медленно опускались ко дну.

«Должно быть они были очень близки тебе», – Зук почувствовал острую боль в спине. – «Раз уж ты готов зайти настолько далеко».

Майло клацнул челюстями почти у его глаз:

«Ты и представить себе не можешь, насколько».

Увернувшись от его клыков, Зук рефлекторно прищурился и зашипел, извергая из пасти пузырящийся, воздушный поток:

«Видимо я так и не узнаю, кем они были для тебя.

«Никакой», – ответили когти Майло.

Ещё некоторое время они кружили в своём последнем танце, ведя неспешную беседу посреди алого сияния, когда Зук наконец увидел за спиной Майло то, что давно ждал.

Почувствовав, что тело Зука обмякло, Майло впился клыками в его плечо, едва не задев артерию на шее. Он промахнулся лишь немного, почувствовав резкое напряжение в теле своего собеседника и запоздало осознавая свою ошибку:

«Ты давным-давно мог просто уйти.

Зук, упёрся задними лапами в Майло, раздирая и вспарывая его живот:

«Быть может у меня были на то свои причины. Быть может я просто был слаб. И слеп».

Он заглянул ему в глаза. На мгновение сменив ярость и гнев, в них промелькнули удивление и боль. Однако вскоре в этих угасающих глазах читалось лишь отчаянье:

«Это… так несправедливо.

«Забавно. С одной стороны, я даже понимаю тебя, Майло. Мне очень жаль», – Зук оттолкнул его от себя.

Ещё некоторое время он парил в подводной невесомости, наблюдая как, вертясь и исторгая внутренности, но всё ещё пытаясь уцепиться за жизнь, тело Майло медленно притягивалось щупальцами плотоядного, подводного растения. Сияющее озеро с благодарностью принимало эту жертву, смакуя и растягивая удовольствие.