Отмели космоса

– Ещё мне понадобится Флюгер.

– Забирай.

– Флюгер, ты слышал?

– Угу. Мясо готово.

Пользуясь своей выгодной позицией, Флюгер первым схватил сочный шмат, после чего уселся на всё тот же неприглядный картон и, усиленное дуя на парящий кусок, принялся жрать, брызгая мясным соком во все стороны.

Разумеется, о столовых приборах особо не задумывались, поэтому ели как попало. Я ухитрился нанизать кусман на нож и теперь объедал его как мороженое, с завистью смотря на полноценные столовый нож, вилку и тарелку капитана, который к тому же непонятно когда и откуда вытащил запотевшую бутылку.

– Так эти фиолетовые гамадрилы Легион гоняют? Больше похоже на обычный грабёж кого попало. – Гнидому досталось меньше всего мяса, чем он был крайне недоволен. Так же его огорчал факт, что у капитана была бутылка, а у него нет.

– Ты недалёк от истины. – В отличие от собеседника Доржи ел медленно, наслаждаясь каждым укусом. Более вычурно трапезничал только капитан. – Легионеров тут, судя по всему, в подполье загнали ещё до того, как нас космополицаи подловили.

А вот карательные акции до сих пор идут. И я всё ещё не понял, кто именно их тут курирует – администрация или сами силовики на местах. Но вроде всё же первое. Эх, хорошо было бы получить от местного правительства какую-нибудь бумажку, которая защитила бы от этих псов режима.

Последние слова Доржи начал растягивать, медленно переводя взгляд на Бубнова. Тот, распознав намёк, замер на секунду, потом бросил быстрый взгляд на Доржи.

В нём читалось слово «смерть». Переговорщик всё понял и тут же сменил тему.

– Но у нас таких ресурсов нет, так что ждём, пока страсти улягутся, и всё станет хорошо. И у нас, и у силовиков, и у Легиона.

– У Легиона никогда не будет всё хорошо, – обычно неразговорчивый капитан внезапно ответил, когда в этом не было необходимости.

Флюгер аж поперхнулся. Скорее всего, потому что последний кусок он попытался проглотить почти не жуя, но всё же.

– Пессимист ты, Бубнов, пессимист, – вынес вердикт Доржи.

 – Вот люди за тебя сражаются, гибнут, а ты о них даже хорошего слова не скажешь.

– Эта куча параноиков сражается за свои страхи и не более. При этом ворует государственное имущество.

– Как и ты.

– Я не строю из себя защитника-освободителя, Доржи. И тебе не советую. – Капитан сделался словоохотлив. Это значит, что в его бутылке было далеко не пиво.

– Ну, по правде сказать, они наносят не столько вреда Федерации, как мы, контрабандисты.