Фабрика №22

Рад был с вами поболтать, – попрощался он, затушив сигару об воду в моем стакане.

– Непременно передам, – ответил я, провожая взглядом его действия.

Джордж развернулся и медленно пошёл к двери своего дома. Стакан с потушенной сигарой остался стоять на тротуаре. Я не спешил уходить.

– А знаете мистер Ривз, – сказал Холл, обернувшись у двери.

Я поднял брови, не сводя с него глаз.

– Вы ведь вовсе не туповат. И хорошо, что мы оба это понимаем. Отдыхайте. Здесь хороший воздух. Он расслабляет, прогоняет всё лишнее и надуманное.

Вам это будет полезно.

– Чучо хочет пить, мистер Холл, – холодно ответил я и, подняв стакан с водой, тут же выплеснул его на зеленую траву, по которой покатился мокрый окурок. Поймав на себе презрительный взгляд Холла, я любезно кивнул и пошёл домой.

Мы прощупали друг друга. Я дал понять Холлу, что его темные делишки мне не нравятся, а он намекнул в ответ, что совать свой нос в чужие дела не следует.

Войдя в дом, я оттряхнул ботинки и отцепил поводок с ошейника Пончика.

Собака тут же улеглась на мягкую подстилку, нервно спрятав морду между лап. Я потянулся к вешалке и повесил куртку на крючок, с которого слетел поводок и шлёпнулся к шершавому носу моего лабрадора. Пончик вздрогнул и зарычал.

Я погладил его и успокоил:

– Лежи, лежи, отдыхай, – произнес я и он тут же пустил слюну, вытянув задние лапы в сладкой истоме.

Пройдя в кухню, я открыл все жалюзи, чтобы лучше видеть дом Холла, и принялся готовить завтрак, как порядочный муж.

Приготовив овсяную кашу с фруктами, я пожарил яичницу, сварил кофе, отыскал поднос и с дрожащими руками попер это всё в спальню, где всё ещё спала моя любовь.

Поставив поднос у прикроватной тумбочки, я сел на край кровати и погладил её коленку, что игриво высунулась из-под одеяла.

Сальма улыбнулась, но глаза не открыла.

– Чем пахнет? – спросила она, поморщив носик.

– Хорошим мужем, – ответил я.

– Хороший муж в это время спит.

– Нет, он едет покупать полочку в ванную.

– А что случилось? Твой крем для бритья вновь заблудился в долине шампуней?

– И дезодорант тоже.

– Вот беда-то.

– Сегодня я закрываю нелегальный склад парфюмерии на раковине.

– Увижу обсыпанную побелку на французском креме, заставлю вылизать.

– Крем-то? Так он не вкусный, странно что на нём манго нарисовано.

Сальма вспыхнула и схватила подушку, широко замахнувшись. Я хихикнул и скрылся за дверью.