Рецидив

И тут, я ощутил шевеление у себя в руках, в тоже мгновение, маленькое тельце, заключенное в моих ладонях, затрепыхалось, пытаясь вырваться наружу. Я немедленно раскрыл ладони и, прежде чем успел опомниться, цыпленок спрыгнул на землю, и с писком побежал к одной из куриц.

«Наверное, птенцы еще живы, и просто потеряли сознание!» – подумалось мне, я был уверен, что никто не посмел бы лишать жизни беззащитных цыплят.

И я стал брать в руки одного за другимх птенцов, лежавших на полу без движений, и все они «просыпаясь» выпрыгивали из моих рук.

И когда в открытой двери курятника показались взрослые братья с маячившим за их спинами Цуром, я сидел на полу уставший и счастливый, в окружении весело попискивающих цыплят и десятка куриц, собиравших свои выводки громким кудахтаньем.

***

Старик в белых льняных одеждах, опираясь на длинный посох, поманил меня к себе.

– Подойди ко мне, Эммануил, сын Мириям! – сказал он на удивление ровным и сильным голосом, – Братья рассказали мне, что случилось сегодня утром, хочу теперь услышать твой рассказ, юный брат!

Я увидел, что передо мной сам Аарон нашей Общины.

– Ну что же ты молчишь?

– Я… Был… Во дворе, когда Цур выскочил из курят… – начал я, запинаясь, свою историю.

– Как ты думаешь, почему он сделал так? – прервал меня старец на полуслове.

Я пожал плечами, не зная, что ответить.

– Я укажу братьям прогнать этого подлеца из Общины! – промолвил он, внимательно глядя мне в глаза.

Я был поражен, прозорливостью Аарона – откуда он все узнал, если я еще ничего не успел рассказать и свидетелей, оживления птенцов не было?!

– А может, он не так плох, ребе? – спросил я, – Не выгоняй его, ведь Цур не сможет прожить без Общины! Просто он немного завистлив, его надо излечить от этого порока, пока он не захватил его душу целиком…

Старик, улыбнулся и облегченно вздохнул, повернулся ко мне спиной, и медленно, опираясь на свой посох, пошаркал к невысокой каменной скамье, где кряхтя, опустился на нее.

– Я рад, что ты именно такой! – сказал он, устраиваясь на каменном ложе.

– Ты добр и не порочен, как и должно быть Истинному… – продолжил он после некоторой паузы, – Мне лишь однажды удалось избавить от смерти ягненка, и то, после долгой молитвы Яхве! А ты, смог… Сколько было передушенных цыплят?

– Почти все… Ребе…

«На тебе Его печать!» – вдруг услышал я его голос, хотя видел, что старик молчал.