Трофеи берсерков

По их внешнему виду всегда можно определить, кто перед тобой – простая рысь или рысь-оборотень, обыкновенный волк или волкодлак. Внешние различия могли больше или меньше бросаться в глаза, но всегда имелись.

Некоторые оборотни, например, успешно маскировались под зверей. Бегали мышками, кошками по городу или сидели птицами на ветках деревьев и шпионили. Очень удобно.

А некоторые только отдаленно напоминали свой животный прототип. Иногда меняясь в лучшую сторону, становясь совершеннее обычного животного, а иногда превращаясь в чудовище.

Также становясь совершеннее, но совсем не в эстетическом плане.

Такие оборотни – идеальные орудия убийства, самые сильные воины. Такими являются берсерки. Те самые, которых очень разозлили более слабые виды, решившиеся на них напасть.

Рысь Ада тоже имеет отличия. Не считая слишком больших ушей и необычно ярких светло-зеленых глаз, она может выпускать очень острые и длинные когти. Последнее не бросается в глаза и не отпугивает с первого взгляда, но лопоухая, плюшевая с виду игрушка в состоянии дать отпор противнику.

Эти коготки разрывают плоть, едва коснувшись. На охоте все зайцы умирают быстро и безболезненно.

Она спрыгнула слитным, ловким движением на землю. Все запахи чувствовались ярче, слух обострился, а тело требовало движения. То, в чем ограничивал себя человек, животное восполняло с лихвой.

Рысь Ада – оторва, каких поискать. Отчаянная и любит риск, обожает, когда кровь быстрее течет по жилам, кипит азартом. В человеческой шкуре ей жилось скучно: столько страхов, запретов, вынужденной пассивности!.

. Зверь же начхал на все и делал, что хотел. В данный момент она хотела нестись наперегонки с ветром куда глаза глядят.

– Ну и где твоя обещанная Мышка?

Стражники наелись и напились, болтать ни о чем надоело, многих клонило в сон.

Матис сидел в кругу друзей и отдыхал душой и телом. Было похоже, что это не отряд воинов, который должен охранять ценный груз, а компания вырвавшихся из-под жесткой родительской руки юнцов.

Так беспечны и безудержны в выпивке и пошлых шутках. И не хватало, понятное дело, только одного – хорошего зрелища.

– Да прид-дет он-на, не волнуйся. Ви-идимо с духом собирается, – пьяно хохотнул рыжий. – Слышали бы вы, как она мне шептала: «Приду, я придууу… Я к тебе са-сама…» Голос ее очень даже заводит, когда шепчет так. Ну, если лица ее… этого серого не видеть.

– Думаешь, смирилась? – спросил другой воин, помоложе и потрезвее.