Город, где начинаются дороги

 – Ну мы пойдём, время ждать не будет.

– Ступайте. Да осторожнее будьте.

– Хорошо, батюшка.

«Интересно, почему прежде никто не удивился моей одежде», – думала Люда, пока шли обратно. Джинсовая юбка и жёлтая футболка с нарисованным на ней лопоухим щенком в самом деле выглядели странно рядом с вышитыми рубахами и ткаными поясами. Бабушка Велимира, понятное дело, сама Люду сюда отправила, ей удивляться нечему. Строгой Бабе Яге, наверное, было просто всё равно. А Милогляда? Из вежливости промолчала, или ученица колдуньи тоже ко всему готова? А Радослава? «Так кузнец-то ведь тоже не удивился! – осенило Люду.

Дома их встретила девочка постарше Люды.

– Ну что, Нежана, все Любавины узоры разглядела? – спросила Радослава.

– Все, – вздохнула Нежана. – Ох, сестрица, мне никогда не научиться так вышивать!

– Было бы усердие, придёт и умение. Это хорошо, что ты вернулась, за хозяйку остаёшься, я в Город поеду.

– А батюшка отпустил? – прищурилась Нежана.

«Все младшие одинаковы, – подумала Люда. – Что братья, что сёстры».

– Отпустил, отпустил. Да наказывал тебе передать, чтобы за кашей лучше смотрела, не то подгорит.

«И старшие тоже одинаковы», – хмыкнула Люда, которая слыхом не слыхивала в разговоре кузнеца с дочерью ни про какую кашу.

Нежана фыркнула и повела плечами, однако не возразила. Видно, грешок имелся.

– Меньших не видала? – спросила Радослава.

– Видала. С ребятами дядьки Ждана ускакали куда-то, палки оседлав. К ужину прискачут, – и обе засмеялись.

Потом Радослава запрягла в телегу рыжего жеребца, дала последние наказы сестре, и они с Людой покатили по дороге, уходящей из выселок в поля. На широком просёлке Радослава направила коня влево.

– Там деревня, да?

– Да, дорога через деревню проходит.

Люда поколебалась немного, но всё-таки спросила:

– Через ту, откуда вас выселили?

– Кто выселил? – удивилась Радослава.

– Бабушка Велимира говорила, вы живёте на выселках. Значит, вас выселили?

Радослава засмеялась и внезапно похвалила:

– Умница, язык чувствуешь. Можно сказать, что выселили, только произошло это по доброй воле. Батюшкин дед туда пришёл, кузню поставил, дом, вот и стали про него говорить, мол, тот кузнец, что на выселках живёт. Не в самой деревне, значит, поодаль.