Город, где начинаются дороги

Мишка тогда заявил, что если бы ему посчастливилось участвовать в такой реконструкции, то за индейцев он с радостью играл бы, а вот за тех белых, которые их убивали, – ни в жизнь!

Женщина тем временем набрала воды в кувшин, поднялась и строго сказала всё ещё хихикающей девочке:

– Довольно, Винона! Нельзя смеяться над чужим несчастьем. – И повернулась к Мишке: – Ступай правее, там совсем мелко.

Мишка послушался. В самом деле, вода сразу же опустилась до щиколоток, и Мишка быстро выбрался на берег. Женщина подошла к нему.

– Спасибо, – сказал Мишка. Она улыбнулась:

– Ты откуда взялся?

– Оттуда, – Мишка махнул рукой на холм за рекой. – Из города. Я собаку ищу. Мне сказали, он здесь. Верный его зовут.

– Кто сказал?

– Ну… сначала женщина одна… ещё в городе. А потом мальчик. Я его на том берегу встретил, он на лошади был.

Промокшая одежда холодила тело. Когда налетел ветерок, сделалось неуютно, Мишка поёжился. Женщина это заметила и посоветовала:

– Разденься и отожми свою одежду.

– Ага, – кивнул Мишка, – только скажите, вы не видели…

– Делай, что говорю, – остановила его женщина. – Я подожду тебя.

Мишка снова кивнул и, спрятавшись за ближайший куст, принялся раздеваться. С футболкой, носками и трусами он управился легко, а вот попробуй-ка отожми джинсы. Сколько Мишка не бился, у него мало что вышло. Махнув рукой, он быстро натянул всё обратно и выскочил на берег. Он очень боялся, что индианка уйдёт, ведь нужно было спросить про Верного. Однако женщина, как и обещала, дождалась.

– Пойдём, – и зашагала к лесочку. Мишка – делать нечего – пошёл за ней. Девчонка Винона топала рядом, изо всех сил стараясь не пролить воду из своей кружки.

Лес был вовсе даже не лесом, так, небольшой рощей, за которой… Мишка просто рот разинул. На равнине расположилось индейское стойбище! Над острыми конусами типи вился дымок, взрослые занимались делами: чистили рыбу, выделывали шкуры, плели корзины. Дети постарше им помогали, малыши играли рядом.

Возле одного типи сидели две женщины, старая и молодая, они шили что-то, похожее на цветные одеяла. Старуха подняла голову и обратилась к матери Виноны:

– Что это тебе река подарила, Татэлоуэ? Ушла с одним ребёнком, вернулась с двумя, – и она пристально оглядела Мишку с головы до ног.

– Твоя правда – река подарила, – ответила Татэлоуэ, – видишь, мокрый весь. Сейчас обсушится пока, а муж вернётся, решит, что с ним делать.