Наследник самозванца

Вдоль стен стояло три сундука, украшенных замысловатыми рунами, причем все они были заперты. А это означало лишь одно – во всех сундуках должны находиться ценные вещи. Вряд ли кто-нибудь стал бы запирать пустые сундуки.

– А что в остальных сундуках?

– Да хлам какой-то, – отмахнулся призрак и скомандовал: – Вскрывай!

Пятнадцать минут мучений принесли мне туго набитый монетами кошель. Но, когда я высыпал его содержимое в сундук, чтобы пересчитать, пират не сдержал возгласа разочарования.

– Да этого и на неделю нормальной жизни не хватит! Я всегда знал, что маги – жмоты.

– Погоди, нужно открыть и эти сундуки, – остановил я его. – Если заперли, значит, там что-то ценное.

– Да что там может быть ценного? Это же кладовая магов, а им, кроме свитков и книг, почти ничего не интересно. А мне бумага не нужна, я же призрак.

– Мне нужна, – оборвал я его.

– Эй, юнга, поосторожнее со свитками. Ими задницу подтирать опасно, ладно если просто спалишь, а может ведь и хобот вырасти или лишний глаз. Оно, конечно, хорошо глаз со спины иметь, но только подумай, что будешь им видеть, когда в гальюн отправишься?

– Да не собираюсь я их так использовать, – отмахнулся я. – Лучше скажи, ты знаешь, как стать магом?

– Ты что, с мачты свалился? На кой тебе становиться магом? Они же полжизни заклинания учат и ничего из себя не представляют.

– Скольким?

– Это не важно, – скривился пират. – Главное, пока они научатся чему-то полезному, – состарятся. И бесятся потом, что молодость профукали. Все такие из себя важные, а денег в сундучок положить пожалели.

– А ты видел магов?

– Великий Кракен миловал, не попадались.

– Так скольких учеников магов ты победил?

– Много, – уже неохотно ответил призрак.

– Ну что же, давай вскрывать сундук.

Еще полчаса возни с замками, и оба сундука раскрыли передо мной свое содержимое.

Вещей там оказалось немного, да и выглядели они невзрачно. Пустой заплечный мешок из грубой ткани, в котором было три отделения. Два пыльных флакона с цветными жидкостями внутри. Какая-то толстая тетрадь с рукописным текстом и рисунками. Я показал ее пирату, но он лишь отмахнулся.